— И… Зачем? Могли просто записаться на прием.

— Когда? Вы же заняты. Ладно, давайте без словесных баталий, тут вы меня всухую обыграете.

— Простите, я все равно не понимаю зачем вы здесь, — мэр быстро взял себя в руки, голос немного дрожал, а взгляд то и дело соскальзывал на костяной кинжал.

— Считайте это бунтом или переворотом. Но я пришел сюда с одной целью. В Храме имен высечено имя Психодел. Я пришел его вычеркнуть. Мне же не нужно объяснять, что это не метафоры или образные выражения? Не будем опускаться до игры в дурачка.

— Это имя мне ничего не говорит. Как я могу вам помочь?

— Все-таки будем, да? — устало произнес я и положил Резчик на стол, придавив его пальцем. Кинжал тут же развернулся в сторону побледневшего мэра, а лезвие начало дрожать. — То есть, если я прямо сейчас уберу палец, этот костяной ножичек не сорвется прямо вам в сердце? Я тогда убираю.

— Стойте, — мэр выставил вперед руки, по лицу обильно тек пот. — Стойте, стойте. Все, все, давайте поговорим. Начистоту.

— Вот, можем же, правда, когда хотим? — улыбнулся я.

— Можем, — его голос дрожал, но он все же умудрился взять себя в руки. — Позволите?

Я кивнул и указал лезвием на сервант. Павел Юрьевич все понял и сам встал за вторым бокалом. Плеснул мне коньяка, сам подумал немного и решил не выбирать. Отхлебнул валерианы прямо из горлышка, а затем запил это коньяком прямо из горла. Руки предательски дрогнули и часть пролилась мимо, но кого это сейчас волновало?

— Чего вы хотите? — наконец спросил он.

— Проверить одну легенду. Понимаете, я убил так много призывателей, что немного устал. Не то, чтобы я решил остановиться, работа не трудная, привычная. Но просто для разнообразия подумал, что можно попробовать иной путь. Говорят, Храм Имен попадают за прегрешения. Но ходят легенды, что имя может просто исчезнуть, если добродетели склонят чашу весов в иную сторону.

— Продолжайте, — нервно сглотнул мэр.

— За дверью ожидает Юрий. У него в руках документы о том, что вы добровольно покидаете пост мэра и назначаете его временно исполняющим обязанности до официального назначения. У вас же достаточно незавершенных дел скопилось. Вот и займетесь ими на пенсии. Сможете, наконец, довести до ума. В трущобах на окраине все никак порядок не наведете, приезжих тиранят, призывателей с других городов в тюрьму сажают, рабский труд процветает, банды, в конце концов, распоясались. Школы не достроены, садики там, соцобеспечение. У вас же достаточно личных накоплений? Куда вам столько? Вот и я думаю, что на благие дела копили. А я немного попутешествую, мир посмотрю. А как вернусь, тогда и вернемся к этому разговору.

— А… А ког-гда вернетесь?

— Через недельку, — мэр икнул. — Или через год. Может лет через пять. Не знаю, как пойдет. Но я вернусь и мы обязательно продолжим диалог про Психодела, и как красиво будет смотреться его имя на колонне рядом с остальными. Огард, Азраил и Психодел. Достойные соседи, я считаю. Не переживайте, если со мной вдруг что-то случится, мой напарник живет неподалеку и тоже будет рад с вами пообщаться. Вы о нем наверняка слышали. Веселый такой мужик с татуировками на лице в виде капелек дождя. Я ему недавно порекомендовал своего поставщика и он приобрел у него красивое костяное копье. Наверняка захочет вам похвастаться. Ладно, не буду отвлекать вас от дел, да и самому пора. Кстати, защита у здания говно.

Я вышел из кабинета, проигнорировав удивленную секретаршу, которая прямо сейчас складывала свои вещи в большую коробку.

— Приветики, — помахала мне рукой Юлия, которая как раз раскладывала свои вещи на освободившемся столе.

— Как прошло? — спросил Юрий.