— Вы передали мне важное послание от вашего альтер-это и создателя, — сказал я.

— Вот как? — похоже, Эльми был удивлён вполне искренне, — что ж, рад за вас, если это так. Но позвольте усомниться в ваших словах — между мной и, как вы выразились, «моим альтер-эго» в настоящий момент нет никакой связи. Иначе, поверьте мне, я бы тут не задержался.

— И всё же послание передано, — продолжал я, — и усвоено. Оно заключается в том, что вы всё ещё живы, Эльми.

Он замер в своём кресле, обратившись во внимание.

— Да, я не сразу это понял, — продолжал я, — и только сделав одно открытие, почти случайно, я смог увидеть эту деталь.

— Продолжайте, — произнёс Эльми.

— Такая сущность, как ваше альтер-эго, не могла просто допустить такой просчёт и позволить мне выйти за пределы собственного влияния.

Эльми молчал, продолжая буравить меня взглядом.

— Значит такой вариант развития событий был просчитан. Допускалось, что мы выйдем за пределы его варианта мироздания.

— Что ж, — кивнул Эльми, — допустим, вы правы. Но что это принципиально меняет для меня или для вас? Вы увидели возможность расчёта, но есть ли в нём для вас какой-то резон?

— Думаю, он есть для нас обоих, Эльми, — продолжал я, — вы ведь, по сути, независимый зонд. Ваш создатель… наверно, будет неправильно говорить «боится» применительно к такому существу, чьи возможности лежат за пределами человеческого осознания…

— Да бросьте, Григорий, — отмахнулся Эльми, — льстить тут некому. А самое главное вы уже поняли: вопрос не в сложности процесса, вопрос в простоте объяснения. В модели. Вы ведь смогли представить себе четырёхмерный континуум после моих объяснений, верно? Да, я не то, чтобы боюсь, — я обратил внимание, что он перешёл на первое лицо и счёл это знаком доверия, — Я научился держать свои границы и даже продвигаться вперёд. Но мне не хватает понимания хаоса для того, чтобы бороться с ним более эффективно. Такие артефакты, как вы помогают мне в изучении. Это верно. Я допускаю выход вовне части изолированных ветвей. Но ваша невероятная прозорливость, боюсь, не имеет для вас никакого практического применения. Вы всё равно растворитесь в хаосе, вместе со своим несчастным миром. А эта моя оболочка, если повезёт, сумеет передать немного новой информации для дальнейшего анализа.

— Я знаю, что такое ажурная сфера, — продолжал я, — точнее, сферы.

— Конечно, вы это знаете, — начал Эльми, — вы знали, у кого спросить, не так ли? Не такая уж это и тайна. Сферы — это хищники, которые…

— Может, это действительно так, — перебил я, — хищники. Вот только их сотворили вы, а не какие-то внешние силы. Вот только их основное предназначение — вовсе не поглощение информации. Это своего рода карантин, не так ли?

Эльми изобразил недоумение.

— Карантин для тех, кто сталкивался вот с этим, — я достал из кармана один из «президентских подарков» и продемонстрировал ему, — любой, кто хотя бы видел подобное, рано или поздно оказывался внутри сферы. Не так ли?

Эльми вздохнул. Прикрыл на пару секунд глаза. А потом ответил:

— Вот видите? Вы только что дали ответ на очень важный вопрос. Его очень часто задают в тех вариантах, которые находятся ближе к Хаосу. В центре такое тоже бывает, но гораздо реже.

— По-моему, вы просто пытаетесь увести разговор в сторону, — заметил я.