Мы с Айденом держались до самого конца.

По пальцам можно было пересчитать перемещающиеся души, которые были одеты в мантии разного рода, поскольку, безусловно, это не было модным трендом здесь, под землей. Если кто-то умирал одетым в мантию, я задалась вопросом, то, как это произошло и почему. Большинство было в уличной одежде. У некоторых даже были бейсболки, и возможно нам надо было бы припрятать несколько таких же. На некоторых покачивались даже ковбойские шляпы.

Как бы то ни было, это было не очень хорошо.

Стражи Аида подскакивали в седлах вдоль дороги, сидя на своих черных боевых конях. Они держали странников в порядке и движение на дороге не прекращалось. Вероятно, это была нескончаемая, скучная работа.

Мы переместились прямо в центр группы, надеясь затеряться в толпе высоких Стражей. Некоторые из них бросали поверхностные взгляды на нас, но никто с нами не заговорил. От звука низкого ржания коня и приближающихся копыт, моё сердце споткнулось, в то время как моя рука легла на кинжал, находящийся у меня под мантией. Я почувствовала движение Айдена, когда он сделал то же самое.

Но большой боевой конь промчался мимо нас, страж низко прижимался к его спине. Люди бросались в стороны с его пути; если же нет, их вытаптывали мощными копытами.

Тревога расцветала в глубине моего живота, но было ясно, теперь мы не можем повернуть назад.

Приближаясь к Равнине Суда, было сложно не заметить глубокое алое зарево, раскинувшееся по всему горизонту, и чем дальше мы продвигались, тем больше… разгорался огонь.

Тартар.

Ох, я так сильно не хотела находиться нигде поблизости от этого места. И я на самом деле надеялась, что нас не поймают и не бросят в Тартар.

Мое сердце билось о грудную клетку к тому времени, как мы открыто вошли в Равнины Суда. Масса людей, толпящихся у перекрестка, была огромной, и охранники были повсюду, находясь здесь на случай, если кто-то из тех, кто обречен на Тартар, попытается избежать этого.

Айден держался возле меня.

— Ты случайно Калеба не видела?

Я холодно рассмеялась, пока осматривала толпу людей. Толпа была настолько большой, что у меня не было никакого представления о том, как вообще возможно кого-то разглядеть в толчее. И мне с трудом удавалось не смотреть на дворец, который, как казалось, находился слишком близко.

Больше похожим на средневековую крепость, нежели на дом, дворец Аида возвышался подобно горам, через которые пролегал наш путь, откидывая темную тень на Равнину Суда. Четыре башни вздымались высоко в оранжевое небо, по одной с каждого угла крепости.

Хоть я и надеялась, что Елисейские Поля предложат более живописный пейзаж, я не могла представить себе, просыпаться каждое утро и заглядывать в одного из множества окон, чтобы увидеть… всё это.

Сконцентрировавшись на важном Деле, я присоединилась к Айдену в поисках знакомой светлой головы. Здесь было множество блондинов, но никто из них не был Калебом.

— Что, если весть до него не дошла? — спросила я Айдена, боясь произносить имя Аполлона здесь внизу.

— Он должен знать, — заверил он меня, осматривая быстро увеличивающуюся кучу людей. — Боги, как много людей они перерабатывают здесь за день?

Тысячи, это было очевидным.

Продвигаясь вперед, я осознала, что была довольно бесполезной в поисках Калеба. Будучи настолько маленькой, всё, что я могла видеть, так лишь затылки. Моя тревога необузданно возрастала. Чем дольше мы находились здесь, тем опаснее это становилось. Мыслями я вернулась к стражу, который ускакал вперед. Во рту у меня пересохло. Нам надо найти Калеба и нам надо…

Тяжелая рука опустилась мне на плечо.

Втянув резко воздух, мои пальцы сомкнулись на рукоятке кинжала, в тот момент как я развернулась, приготовившись использовать клинок, если потребуется.