Изменить размер шрифта - +
Однажды, оставив обычную любезность, она имела наглость перебить его, сказав:

— О, да бросьте вы! Кто этот необычный мужчина, который помахал вам? Почему он так странно идет и кривит рот? У него что-нибудь болит?

Он был потрясен, так как в этот момент говорил ей комплимент, который, по его понятиям, должен был совершенно смутить ее. Он усмехнулся: леди, сидящая возле него, похоже, не питала на его счет никаких иллюзий — так же, впрочем, как и он сам.

— Это, — ответил он, — Голден Болл, мисс Тэллент, один из наших денди, как, без сомнения, вам уже говорили. У него ничего не болит. Эта походка обозначает его важное положение.

— Боже правый! Он как будто на ходулях идет! Почему он считает себя таким значительным?

— Он никак не привыкнет к мысли, что не стоит ни пенни больше, чем его сорок тысяч фунтов годового дохода, — мрачно заметил мистер Бьюмарис.

— Какой он, должно быть, противный человек, — фыркнула Арабелла. — Важничать по такому поводу — по мне, это нетерпимо!

— Ваше отношение естественно, — мягко согласился он.

Она покраснела и быстро сказала:

— Состояние еще не делает мужчину мужчиной. Я убеждена, что вы еще более богаты, мистер Бьюмарис, и я рискну сказать — вы никогда не вели себя подобным образом!

— Благодарю вас, — кротко ответил Бьюмарис. — Едва ли я мог надеяться заслужить от вас такую похвалу.

— Это было невежливо с моей стороны говорить так? Я прошу прощения!

— Вовсе нет. — Он взглянул на нее. — Скажите мне, мисс Тэллент, почему вы оказываете мне честь, катаясь в моем обществе?

Она ответила серьезно, но с той искоркой в глазах, которую он уже не раз наблюдал.

— Вы должны знать, что мне очень выгодно появляться в одной компании с вами, сэр!

Он так удивился, что на какую-то секунду выпустил вожжи. Лошади пустились в галоп, и мисс Тэллент любезно посоветовала ему придержать их. Самый известный наездник в стране поблагодарил за напоминание и успокоил свою пару. Мисс Тэллент утешила его, заметив, что, по ее мнению, он правит очень хорошо. Какое-то мгновение он молчал, ошарашенный, затем рассмеялся. Его голос заметно дрогнул, когда он сказал:

— Вы слишком честны, мисс Тэллент!

— О нет, — вежливо отвечала она. — Вы будете сегодня вечером на маскараде в Аргиле?

— Я никогда не посещаю подобные мероприятия, мэм, — возразил он, ставя ее на место.

— Что ж, тогда я не увижу вас там! — ничуть не огорчившись, заметила мисс Тэллент.

И она не увидела его там, хотя едва ли могла догадаться, что ему пришлось приложить некоторые усилия, чтобы не послать к чертям свою известную разборчивость и не появиться на этом балу, потакая тщеславию Арабеллы. Но он не сделал этого и надеялся, что она скучала без него. И она скучала, хотя не призналась бы в этом даже себе самой. Арабелла, которой сразу понравился мистер Бьюмарис, не давала воли своим чувствам. Когда она впервые увидела этого красивого мужчину, он ей показался просто воплощением мечты. Затем он сказал своему другу такие слова, которые навсегда должны были разрушить ее уважение к нему и стали причиной вульгарного обмана. Теперь ему доставляло удовольствие выделять ее из всех красавиц города по причинам, которые были скорее понятны ему, чем ей, но которые, она смутно подозревала, были просто озорством. Она не глупа, эта малышка Тэллент! Ни на единую секунду не позволяла она себе увлечься бессмысленной фантазией о том, что его ухаживания серьезны. Он мог вторгаться в ее размышления, но, как только она осознавала это, то немедленно отгоняла его образ. Иногда она была убеждена, что он не поверил ни одному ее хвастливому слову в тот несчастливый вечер в Лестере; а иногда ей казалось, что поверил всему как и лорд Флитвуд.

Быстрый переход