По скорости движений и реакции, по силе и выносливости я на голову превосходил даже самых лучший Земных бойцов. Единственное, в чём Кречет мог со мной посоперничать, а может, даже обставить, это в технике. Всё-таки тренировали его с толком, с чувством, с расстановкой. Но даже мастерство не могло перекрыть принципиальную разницу в физических данных.

Под гул зрителей он оглядел свой отряд и поманил их к себе.

— Работаем все вместе, — не таясь, произнёс он.

Армейцы кивнули, и в их глазах я действительно стал опасным противником, достойным подобной тактики.

Они налетели на меня стремительным шквалом. Удары руками и ногами. Финты и обманки. Цели, заходящие сзади и сбоку. А я метнулся им навстречу, и завертелся в самой гуще. Уходя от атак и отвечая на каждую своей. Первым вылетел прочь уже знакомый мне Венедиктов. За ним Степасюк. Потом Галиулин. Следом Иванцов, держась за отбитый пресс. Грохот ударов нарастал, и оппоненты падали на маты, тяжело втягивая в себя воздух.

Кречет почти коснулся моей шеи ребром ладони, но я успел перехватить её и подставить его под чужой пинок. Ещё несколько секунд, и всё было кончено.

В зале стояла абсолютная тишина.

Если, конечно, не считать шумного отрывистого дыхания валяющихся на матах бойцов.

Окружающие наблюдали за мной круглыми глазами. И среди них я с удовольствием увидел фигуристую и очень уважаемую Ксению Анатольевну.

Вновь я протянул руку и помог подняться Дербенко, а затем и остальным его ребятам. И теперь в их взглядах сквозило неприкрытое уважение.

— Мать моя женщина, — охая, заметил Иванцов, — Нео ты грёбаный. Откуда такой взялся?

— Школа изобразительных искусств № 4, — честно ответил я.

Ходил в неё в детстве. Оттуда и пошло моё желание стать художником.

Иванцов засмеялся. Следом за ним и остальные бойцы.

— Это что получается, нас Васнецов укатал? — прогудел Степасюк.

— Куинджи, — бросил кто-то справа от него.

— Кто?

— Эх ты, темень!

— Отставить балаган, — скомандовал Кречет. — Спасибо за науку, Игорь. Я запомню.

— Спасибо за поединок, — кивнул и я.

Обувшись, я отыскал полковника. Он вновь беседовал с седым мужиком. Правда, в этот раз тот активно жестикулировал, даже чересчур. Явно находился под большим впечатлением.

— Товарищ Генерал-майор, — козырнул Никифор, — разрешите идти?

— Иди-иди, — отмахнулся собеседник. — А ты парень не промах. Никифор был прав насчёт тебя.

— Спасибо, а вы?..

— Генерал-майор Шевченко Станислав Владиславович, — представил его полковник. — Мой прямой руководитель.

— Рад знакомству.

— А стреляешь ты так же хорошо? — огорошил меня седой.

Переведя недоумённый взгляд на Фадеева, я собрался задать вопрос, но тот оказался быстрее.

— Следующий этап, финальный на сегодня, стрельбище.

— Ну как вам сказать… Если дадите арбалет, результат вам понравится.

Шевченко зашёлся хохотом.

— Арбалет он говорит, — посмеиваясь, повторил генерал. — Ну-ну, поищем мы тебе арбалет.

Увы, этого оружия в воинской части не нашлось, а потому мне пришлось выйти к мишеням с ТТ, Калашниковым и СВД. До последнего Никифор видимо надеялся, что у меня откроются скрытые таланты с каким-то видом огнестрельного оружия.