В тот жаркий июльский день Максим Карнакин уже с самого утра почувствовал неясное волнение. В последнее время он стал ощущать в себе некие способности к предвидению неожиданных ситуаций, но пока это были лишь неосознанные эмоции, не поддающиеся контролю, использовать их в жизни не представлялось возможным. И тем не менее…

— Ты сегодня приедешь на обед, милый? — спросила Оксана, наблюдая за тем, как муж с отрешенным видом ест утреннюю яичницу.

— Не знаю, дорогая, — Карнакин пожал плечами. — В любом случае я позвоню тебе заранее. У тебя сегодня какие планы?

Оксана улыбнулась:

— Тоже не знаю. Я собиралась с подругой съездить в магазин — посмотреть нам кресло в прихожую, но надо еще с ней переговорить.

— Что за подруга?

— Алинка, ты её видел на моем дне рождения.

— Черненькая такая?

— Да. Мы с ней уже лет пятнадцать знакомы, но когда я работала, то времени на подруг не оставалось — дома бы все успеть сделать.

— Понятно, — Максим кивнул. — Деньги нужны на кресло?

— У меня есть, ты же недавно оставил двести тысяч. Слушай, у тебя все в порядке? Ты сегодня какой-то не такой.

— Да вроде нормально… а что?

— Ты о чем-то думаешь.

— Это ненормально? — Максим засмеялся.

— И вид у тебя усталый. Может быть, возьмешь отпуск?

— Это не от меня зависит, к сожалению. Дел на работе много, потому и выгляжу так — ты же знаешь, сколько у меня там забот.

— Знаю, — Оксана вздохнула. — Конечно, менеджером проще быть, чем начальником охраны, но раз ввязался в это дело, то уж ничего не попишешь.

В ответ Карнакин улыбнулся:

— Не такое и плохое дело, милая. Ты же знаешь, что мне нравится этим заниматься.

— Да, но это так опасно. Ты уже три раза в этом году был на похоронах своих знакомых.

— Им просто не повезло, — Карнакин доел последний кусок, залпом выпил подостывший чай и решительно встав из-за стола, нежно поцеловал жену. — Спасибо, милая! Ты днем занимайся своими делами, а за меня не переживай — я если и приеду домой, то найду, что поесть. Хорошо?

— Хорошо, но я до двух уже вернусь в любом случае.

— Ок!

Оставив Оксану разбираться с грязной посудой, Карнакин прошел в комнату, где облачился в деловой костюм. Одевая пиджак он поморщился — на улице было жарко, но выбирать не приходилось — под пиджаком пряталась портупея с двумя кобурами, в каждой из которых помещался боевой «Глок». Он давно сроднился с этим оружием и чувствовал себя неловко в тех случаях, когда приходилось обходиться без него, а после того, как несколько раз пистолеты спасли ему жизнь, наличие двух стволов стало его фирменной меткой, вызывающей опаску и уважение окружающих. Умение стрелять, равно как и знание боевых приёмов, Карнакин получил от Системы, и теперь блестяще этим пользовался, не раз снискав своими действиями признание профессионалов. Чувствуя за собой надежную опору, Максим не стеснялся в выборе средств для достижения нужной цели — его решительной наглости многие небезосновательно побаивались.

Глава двадцать четвертая

Попрощавшись с женой, Карнакин спустился на улицу, где его уже дожидался черный внедорожник.

— Привет, Саркис! — сказал он, садясь рядом с водителем.

— Привет, Макс! Тебя шеф прасил пазвонить.

— А почему через тебя просит?

— Не знаю, не хотел наверное тебя от завтрака отрывать.