– В чем дело, Галя? – спросил, улыбаясь, Николай Петрович. – Такое пышное, торжественное начало… Мы ждем продолжения, товарищ оратор!

Но Гале уже не хотелось шутить. Она вспомнила о том, что ей пришлось увидеть, – наяву или во сне, она не знала. Но безобразная голова фантастического дракона так ясно запечатлелась в ее памяти, что девушка вздрогнула.

– Галя, вам нехорошо? – заботливо спросил Сокол. – Садитесь, успокойтесь, мы все слишком много пережили за эти последние сутки. Я сейчас принесу вам воды…

– Спасибо, не надо, – ответила Галя, овладевая собой. – Спасибо, Вадим Сергеевич. Я хочу… я хочу рассказать об одной странной вещи.

Она сжато рассказала о том, что видела на экране перископа, описала вид чудовища, его голову, поднимавшуюся над красными верхушками деревьев. Когда Галя закончила, Сокол осведомился:

– Вы уверены, что видели изогнутые, кривые челюсти?

– Конечно, уверена. Это был отвратительный дракон!

Сокол развел руками:

– Животные с такими приметами науке неизвестны. То, что вы рассказали, Галя, не напоминает мне ни одного из существ юрского периода.

– А если не юрского? – вмешался Ван Лун. – Позволю себе удивиться. Палеонтология не знает такого дракона – согласен. Однако палеонтология – это не Венера. Почему не может быть дракона на Венере?

– Я не говорил этого, – запротестовал Сокол. – Я сказал только, что подобного животного не может быть среди ящеров, характерных для юрского периода. Не может быть его и среди гигантских млекопитающих.

– Почему так? – настаивал Ван Лун.

– Голова, которую так подробно описала Галя, может принадлежать лишь какому-либо представителю насекомых. Да, да, не удивляйтесь! Именно для них характерны подобные изогнутые кривые челюсти.

– Значит, вы думаете, что это было насекомое? – иронически полюбопытствовал Ван Лун.

– И этого я тоже не говорил. А если уж вам угодно знать мое мнение, то я скажу вот что. Это было не насекомое, но и не ящер, а также и не млекопитающее…

Сокол выдержал эффектную паузу под нетерпеливыми взглядами товарищей и насмешливо закончил:

– Это был плод буйной фантазии нашей экспансивной Галины! Интересное сновидение, не больше того. – Он продолжал, не глядя в сторону Гали Рыжко, смотревшей на него негодующе. – Конечно, очень занимательно проследить с психологической точки зрения – как создается в представлении человека, погруженного в беспокойный сон, фантастический образ. Вероятно, на Галю когда-либо произвел большое впечатление вид какого-то насекомого под увеличительным стеклом.

Значит, Вадим Сергеевич решил и дальше подтрунивать над ней, даже в такой обстановке? Ну хорошо. Галина Рыжко даже не подаст виду, что это ее трогает. Посмотрим, у кого больше выдержки! И Галя вполне независимо ответила:

– Не помню такого случая. И вообще не люблю насекомых.

Сокол испытующе посмотрел на нее:

– Следовательно, вы настаиваете на том, что сие чудище вы видели на самом деле? Придется вписать в анналы науки новое открытие, сделанное молодым и талантливым…

Его насмешливую реплику неожиданно перебил, на этот раз без тени иронии, голос Ван Луна:

– Спешить не надо, Вадим. Могу немного добавить от себя. Опасаюсь, правда, удивить вас, друг. Но мне тоже приснился этот зверь. Вместе с Галей приснился. Совсем такой же. Что скажете, интересуюсь?

Теперь был озадачен Сокол. Он с недоумением смотрел на Ван Луна: не шутит ли тот? Но серьезность Ван Луна не оставляла никаких сомнений.