— Это он? — голос Шаи был тихим, почти шепотом. Она подалась вперед, вглядываясь в удаляющуюся машину.

— Очень похож, — ответил Нандор, не трогаясь с места. Он позволил «Имперору» отъехать на безопасное расстояние, прежде чем плавно завести двигатель. — В описании было сказано: высокий, темноволосый. За рулем. Все сходится.

Он включил передачу, и их седан скользнул за своей целью. Они держали дистанцию в три-четыре машины, не приближаясь, не отставая. Профессиональная, отточенная годами практика слежки.

Шая продолжала смотреть на машину Громова. Сквозь тонированное заднее стекло можно было смутно разглядеть три силуэта.

— Что-то он… не сильно похож на человека, который может хоть что-нибудь адекватно решать, — задумчиво произнесла она. — Ты видел, как он вышел из машины? Он же едва на ногах держался. Шатался как пьяный.

Нандор усмехнулся.

— Не суди книгу по обложке, сестра. Иногда самый опасный клинок спрятан в самых невзрачных ножнах. Отчеты читай внимательнее. Этот «едва держащийся на ногах» за неделю перевернул весь криминальный мир Феодосии. Раскрыл убийство нашего сородича, которое местная полиция собиралась списать на несчастный случай. Сдал Инквизиции целую банду, которая пыталась подмять под себя город. Вызвал на дуэль одного из лучших фехтовальщиков Империи за оскорбление своих спутниц. Так что да, возможно, он и шатается. Но, думаю, у него на это есть веские причины.

Шая промолчала, но ее брови слегка нахмурились. Она снова посмотрела на машину Громова, но теперь в ее взгляде было не пренебрежение, а профессиональный интерес. Она подумала, что в словах брата есть неоспоримая логика. Нельзя недооценивать людей. За это их предки поплатились кровью и потерянными землями.

Они ехали по вечернему городу. Нандор вел машину легко, почти лениво, но его внимание было полностью сосредоточено на объекте. Он предугадывал маневры автомобиля Громова, заранее перестраивался, оставаясь незамеченным в плотном потоке.

Но вдруг «Имперор» повел себя странно. Он проехал мимо съезда, который вел в жилой квартал, за которым, по их данным, на отшибе находился особняк Громова, и свернул в противоположную сторону, в лабиринт узких, плохо освещенных улочек старого города.

— Что за?.. — Нандор нахмурился, его пальцы крепче сжали руль. — Он нас заметил?

— Невозможно, — уверенно ответила Шая. — Мы держались идеально. Ни одной ошибки.

— Тогда что это? — пробормотал Нандор, сворачивая следом.

Улочки становились все уже, дома все старше. Фонари здесь горели через один, и их тусклый свет тонул в густых тенях. «Имперор» впереди ускорялся, его задние огни мелькали между обшарпанными стенами как два красных глаза.

Началась погоня. Не та которая с визгом шин и стрельбой. А тихая, нервная, как игра в кошки-мышки в темном подвале. Нандор, забыв о своей аристократической выдержке, вцепился в руль. Его лицо стало сосредоточенным, а взгляд немигающим. Он пытался не отстать, предугадать, куда свернет Громов в следующий момент.

— Он петляет, — процедила Шая, ее взгляд был прикован к удаляющейся машине. — Он точно нас заметил. Уходит.

Внезапно, на одном из поворотов из переулка «Имперор» резко вильнул вправо и исчез. Просто растворился в непроглядной черноте. Нандор на мгновение опешил. Инстинкт гнал вперед, заставляя проскочить то место, где скрылась машина, и вылететь на небольшой, тускло освещенный перекресток, где, как ему казалось, Громов свернул и несся дальше.

Он резко затормозил, шины тихо взвизгнули на мокром асфальте.