— Чудовищами?

— Сам увидишь. А Зверей он нарисовал пальцем на песке. Не задерживайтесь возле них по ночам или когда луна прибывает. — Он помолчал, припоминая. — Когда я видел первого из них, Великого Кота, он светился в темноте.

Старик доел лепешку, выпил воду из тарелки. Облизал насухо, сунул в карман бурнуса и сказал:

— Архон — он знает.

— Он всего лишь мальчик.

— Он Бог. Он сотни раз проходил этим путем. Когда-нибудь он опять найдет Колодец Песен. Говорят, Колодец скрыт высоко в горах, в священной пещере. Там Архон исправит последствия своего воровства. — Внезапно кочевник встал. — Ешь. Я скоро вернусь. У стариков мочевой пузырь слабый.

Оставшись один, Сетис достал изо рта оливковую косточку и выбросил. Потом неторопливо обернулся к сидящим в кружок женщинам и понизил голос.

— Можно с тобой поговорить?

Он обращался к молодой женщине с длинными сережками, но остаться с ней наедине не было никакой возможности. Его разговор будут слышать все женщины, а это большой риск. Девушка испуганно подняла глаза, потом бросила быстрый взгляд на игроков в кости. Они, переругиваясь, считали монеты.

— Это запрещено, — тихо молвила она.

— Прошу тебя. Мне… то есть Архону нужна твоя помощь. — Он спешно, пока не заметили игроки, достал записку. — Архон желает, чтобы этот пергамент был втайне доставлен на Остров и передан лично в руки Носительнице Бога. И никому другому. — Он протянул ей записку, но женщина не шелохнулась. Одна из ее соплеменниц спросила:

— А что в ней написано?

— Это тайна.

— Он Бог. Он может говорить устами Оракула.

Женщины перестали ткать, но нарочно стучали станками, чтобы шум заглушал их слова. Сетис видел, что они с любопытством посматривают на письмо. Никто из них не умеет читать.

— Да, может, но только с Гласительницей. А эта записка предназначена Носительнице. Оно сугубо личное. Прошу тебя, мне очень нужно ее передать.

Он посмотрел на девушку в упор, не обращая внимания на ее подруг.

— Это под силу только женщине. Твоему мужу знать не обязательно. И всем остальным тоже.

Ее пальцы выпустили пряжу, они были длинные, тонкие, с темно-красными накрашенными ногтями. Она взяла у него записку, взглянула на нее, на восковую печать с оттиском его Палаты. Там были изображены змея и скорпион — символы Города Мертвых. Потом подняла глаза на Сетиса. Ее голос был не громче шепота:

— Мне нужна награда.

Сетис покосился на других женщин. Они внимательно смотрели на него, веселья и след простыл.

— Мне нужен сын. — Ее руки потянулись к письму и дотронулись до пальцев Сетиса. От их теплого касания он чуть не отшатнулся. — Мой муж… Ты его видел. Человек со шрамами.

Сетис кивнул. Тот человек годился ей в отцы. Она облизала губы.

— Он добрый. Обгорел на большом пожаре, в одной из черных нефтяных ям. Его честь замарана, теперь он недостоин быть отцом племени, потому что вождь должен быть красивым, без изъянов. Как Архон. — Она опустила глаза. — Говорят, раньше Харед был очень красив.

Игроки опять кинули кости. Услышав их стук, девушка забеспокоилась, бросила взгляд в ту сторону.

— Чтобы восстановить честь, я должна родить ему сына, иначе он меня прогонит. Попроси Архона послать мне сына. Тогда я передам твое письмо.