– Именно это я и хотел сказать. Мы должны решить, будем ли и дальше поддерживать интимные отношения. Ты хочешь этого?

Язвительный взгляд жены заставил Лаваля почувствовать себя кретином.

– Наверное, хочу, если сама пришла к тебе в спальню, – не сводя с мужа пылающего взгляда, процедила Элиза. – А ты? Сообщи, наконец, свое решение! Мне просто не терпится узнать его.

– Сначала я хотел бы услышать объяснение твоего вчерашнего поступка, – сухо проговорил Арман, задетый ее насмешливым тоном. – Ты должна честно признаться мне, почему сделала это.

– Что? – Она не верила своим ушам. – Ты требуешь от меня объяснений моего вчерашнего поведения?

– Да, – жестко повторил он. – Только, прошу тебя, будь откровенной. Пора прекратить эту игру в недомолвки.

– Хорошо, – вымолвила Элиза дрожащим голосом. – Но сначала я хотела бы послушать твою версию. Не сомневаюсь, что у тебя уже есть готовый ответ!

– И не ошибаешься. – Приблизившись, Арман встал напротив жены, скрестив руки на груди. – Я думаю, – с расстановкой произнес он, – что ты пошла на это, чтобы я не завел себе любовницу. Ведь ты из собственного опыта знаешь, что мужчины, имеющие любовниц, плохо заботятся о детях. К тому же содержанки обычно наглы и вытягивают деньги у мужчин.

Он осекся, заметив, как побледнело ее лицо. От Армана не укрылось, как Элиза инстинктивно натянула одеяло до подбородка, словно ей было неприятно, что он видит ее наготу.

– Извини, – охрипшим голосом пробормотал Лаваль, – я вовсе не имел в виду тебя и Сазерленда. Ну, так я прав? – спросил он, чувствуя, как его щеки начинают пылать от стыда за этот низкий допрос.

– Нет, – резко бросила Элиза. – Версия ошибочная. Попробуй выдвинуть другое предположение.

С минуту Арман озадаченно молчал. Нервно теребя одеяло, Элиза время от времени бросала на него сердитые взгляды. Она была восхитительна в своем праведном гневе, и Арман вдруг почувствовал, как его снова охватывает желание. Господи, да ведь ответ был совсем прост! Не дав себе времени обдумать новую догадку, он поспешно выпалил:

– Кажется, я все понял, дорогая. Я совсем забыл, какая ты пылкая, темпераментная и тебе все это время ужасно не хватало мужчины. Конечно, столь долгое воздержание было для тебя мучительным.

Уничтожающий смех жены заставил Армана залиться краской до самых ушей. Не удостаивая его больше даже взглядом, Элиза выбралась из постели и начала неспешно одеваться. У Армана захватило дух, когда он увидел ее прекрасное нагое тело при дневном свете. Не поворачиваясь к мужу, Элиза натянула полупрозрачную сорочку, затем накинула на плечи кружевной пеньюар, расправила по плечам спутавшиеся локоны. В висках у Лаваля застучало. Он вдруг почувствовал себя быком, готовым броситься на красное. Забыв обо всем, Арман приблизился к жене и коснулся дрожащими руками ее полуобнаженных плеч. Но она высвободилась и быстро направилась к двери. Уже на пороге Элиза резко обернулась и смерила мужа долгим ироничным взглядом.

– Успокойтесь, граф Лаваль, – жестко проговорила она, – я больше не собираюсь навязывать вам свое общество. Если я начну страдать от воздержания, то выберу для своих постельных утех мужчину, который не станет так меня унижать. Арман! – вдруг выдохнула она сорвавшимся голосом, – если ты хотел растоптать мою гордость, то ты добился своей цели. Можешь праздновать победу. Ты сполна отомстил мне за прошлые обиды.

Бросив на него взгляд безмерного сожаления, Элиза поспешно вышла из комнаты. Оставшись в одиночестве, Арман схватился руками за голову.