|
Допрос Бунина оставил на душе неприятный осадок. Профессор явно что то знал, но не торопился раскрывать карты. Возможно, он боялся Свиридова или был с ним заодно – в любом случае, последний разговор не внес в ситуацию ясность, а именно этого Андрею сейчас очень не хватало. Все, что Бунин рассказал про спрута, могло быть обманом, ведь если предмет нельзя проверить в действии, то как понять, что он именно такой, каким его представляют. Возможно, Бунин приврал насчет его сложности, а может быть, вообще изменил суть предмета. Возможно, с помощью спрута он убил Алферову, да, Андрей не верил в эту версию, но все же, все же… Механизм замка щелкнул, и Гумилев оказался в маленькой каюте без иллюминатора, заполненной стеллажами и коробками. Бунин дремал, вытянувшись на коробках и подложив под голову свои туфли. Андрей включил верхний свет. Профессор поморщился, повернул голову и посмотрел на вошедшего. – Стучаться надо… Андрей прикрыл за собой дверь и защелкнул замок. – Если ты пришел задавать мне вопросы, то можешь идти обратно. – Хочу поговорить наедине. – Похоже ты ко мне неравнодушен, а, Гумилев? – Не надоело выпендриваться? – Чья бы корова… – Мне кажется, ты в крайне хреновой ситуации, где каждое неверное слово может быть использовано против тебя, – спокойно разъяснил Андрей. – Поэтому я и не собираюсь говорить… – лениво ответил Бунин, закидывая ногу на ногу и пялясь в потолок. – Сядь ка… – Не вижу смысла. – Сядь, я тебе сказал!– в голосе Андрея появились металлические нотки. Бунин сел, скинул под ноги туфли и пригладил волосы. – Только не надо тут мышцами играть, я не девка. – Расскажи, что случилось. – Я буду говорить только в присутствии своего адвоката. – Бунин, не будь идиотом. – А что, только тебе можно? Андрей ничего не ответил. Он как будто задумался о чем то, внимательно рассматривая стены каюты. Бунин вытащил из кармана мятую пачку сигарет и закурил. – Что? Фигово дело? – с фальшивым сочувствием спросил он. – Все пошло не так, как ты планировал? Андрей пропустил слова Бунина мимо ушей. – Думал, ты тут рулишь процессом, а оказалось вот оно как. И эксперимент твой межпланетный никому не уперся. – Бунин выпустил струю дыма в сторону Гумилева. – Тебя использовали… Алферову жалко, конечно… Она, похоже, была в тебя влюблена… – Мне кажется, ты выбрал довольно извращенный способ самоубийства… – наконец очнулся Андрей. – А что ты со мной сделаешь? – Выпущу проветриться и забуду забрать обратно. – Мне уже страшно! – усмехнулся Бунин. – Знаешь, что это? – Гумилев кивнул на полукруглую сферу, в стене. – Детектор лжи? – Именно! Андрей подошел к полусфере и открыл находившуюся тут же в стене маленькую дверцу, размером с ладонь. За дверцей скрывалась кнопочная панель. – Это аварийный люк… Отсюда идет прямой коридор в боковой отсек, а оттуда выход куда? Давай, ты же у нас догадливый… – Думаешь, если меня не найдут, сможешь скрыть убийство? – в голосе Бунина появилось легкое смятение. – Обувайся… – Это бред… – Возможно. – Я не убивал ее. – Очень может быть. – Ты готов лишить человека жизни за то, чего он не делал? – И даже испытать от этого удовольствие. Обувайся. – Ничего я не буду… – Без ботинок на снегу прохладно. – Переживаешь, чтобы я не простудился? – Мне нравится твое непрошибаемое чувство юмора! Надеюсь, белые медведи его тоже оценят. |
