Сабрина с трудом сдержала улыбку.

— Значит, из-за этого она тебе не по нутру?

— Нет. Просто рядом с ней я как-то неуютно себя чувствую. Вроде как ничего подозрительного я за ней не замечал: она всегда делает и говорит то, что надо. Это меня и настораживает: какая-то она вся безупречная, не подкопаешься. Не забывай, я вырос на улице, и чтобы выжить, мне приходилось доверять инстинктам, а они, надо сказать, редко меня подводили. Вот и со Сьюзен та же история — не нравится она мне.

Сабрине стало как-то не по себе. Дилан — человек умный, проницательный: вряд ли стоит отмахиваться от его предположений.

— Ты сказал, что собирался обсудить это с Карсоном. Почему же ты этого не сделал?

— Видишь ли, нам так редко случается побыть наедине… К тому же я все еще надеюсь, что ошибся. — Дилан вздохнул. — И еще я знаю, что он мне не поверит. Я хотел найти какое-нибудь конкретное доказательство, чтобы у него не осталось сомнений. Но ничего не откопал и уже решил: черт с ним, все равно пойду и скажу ему. Но этому не суждено было осуществиться: Карсона ранили, и разговор пришлось отложить. Не приставать же к нему в его состоянии с такой ерундой — на него и так много всего обрушилось. Сейчас не время выяснять, кто такая Сьюзен; сперва нужно подождать, пока Карсон окрепнет.

— А может, не надо ждать?

Дилан нахмурил брови:

— Что ты хочешь этим сказать?

Сабрина поставила чашку на стол.

— Только то, что я научилась доверять твоим инстинктам. Есть только один человек, чьему предчувствию я верю больше, и этот человек — я сама. Мы со Сьюзен остались один раз наедине в вестибюле отделения интенсивной терапии, и когда разговор зашел о «Ют-Оп», ее прямо-таки прорвало. Она склонна все драматизировать. Когда я сегодня говорила с ней по телефону, она, похоже, была в истерике и даже с Карсоном не хотела увидеться.

— Да, и что?

Сабрина вскинула голову, глаза ее блеснули.

— И по-моему, теперь мы сами должны заняться этим делом. Карсон любит эту женщину, но мы обязаны выяснить, так ли она хороша, как кажется.

— Понятно. — Губы Дилана дрогнули. — Поиграем в сыщиков?

— Мне хочется взглянуть на организацию, откуда Карсон набирает таких замечательных стажеров, как Расс. Давай примем душ, переоденемся и наведаемся в «Ют-Оп», а потом поедем на работу.

9.45

Больница «Гора Синай»

Стэн положил таблетку в рот и запил ее водой, потом скомкал бумажный стаканчик и принялся расхаживать взад-вперед по коридору. Он был не в силах стоять спокойно, а тем паче сидеть, потому что желудок ныл не переставая. Все утро он гадал, зачем его позвал Карсон. Неужели с утра тут уже побывали Уитмен и Бартон? Может, они думают, что это он покушался на Карсона и хотел убить Сабрину?

Если так, то что он может сказать в свое оправдание? Этой ночью он снова был с Карен. Соврать, что опять сидел дома и заснул перед телевизором? Ну почему всякий раз, как происходит что-то ужасное, у него нет алиби?

При мысли о Карен Стэн покосился на часы. Сейчас детективы допрашивают служащих «Пруэ». Вообще-то Карен человек спокойный. Но они могут на нее надавить, и тогда… Хоть бы она не выдала себя! Если сыщики узнают, что они любовники, то его надолго засадят за решетку.

Стэн представил, какие ему предъявят обвинения.