Сабрина кивнула:

— К переменам всегда нелегко приспособиться. С другой стороны, только невежды чинят целые вещи и привносят изменения ради самих изменений, не учитывая сильные стороны прежнего уклада. Вы работаете здесь со дня основания фирмы. Подскажите мне, что лучше не трогать, и я обязательно вас послушаюсь.

Обещаю. Кстати, Карсон никогда не стесняется поставить меня на место. — Сабрина подперла руками подбородок. — Хочу поделиться с вами еще одной хорошей новостью, которую я пока не собираюсь обнародовать. У нас с Карсоном почти полная совместимость, так что, если понадобится, я смогу отдать ему одну из своих почек.

Стэн серьезно посмотрел на нее.

— Это самая лучшая новость, какую я когда-либо слышал! Спасибо, что сказала. Наверняка ты советовалась с родными, звонила в ЦКМЛ — то-то у тебя вид такой усталый.

Сабрина кивнула.

— А Дилан?

— Что Дилан? — Сабрина непонимающе уставилась на него.

Стэн участливо покачал головой.

— Наверное, он теперь разрывается между участием к тебе и жалостью к Карсону? Да, бедняге не позавидуешь…

Сабрина начала чувствовать себя неуютно.

— Я вас не понимаю. Дилан только порадовался, равно как и я. Мы надеялись на такой исход. Не забудьте: Дилан специально полетел в Нью-Гемпшир, чтобы разыскать меня.

— Да, но тогда между вами еще ничего… — Стэн запнулся, поняв, что ступил на запретную территорию. — Прости, я не хотел вмешиваться не в свое дело, и давай сменим тему.

Черт возьми! Оказывается, Стэну известно об их с Диланом отношениях. Но откуда? И догадывается ли кто-то еще?

— Не переживай, красавица. — Стэн снова принялся жевать бутерброд. — Никто не сплетничает об этом на кухне. Простая наблюдательность. Сложно не заметить, какие от вас двоих исходят флюиды. Да, собственно, что в этом такого? Дилан — наш корпоративный юрисконсульт, ты — президент «Руссо». Вы одинаково заинтересованы в процветании нашей компании и живите своей жизнью. Досужие сплетни и чужие мысли вас не должны волновать, и точка.

— Вы тоже так поступаете? — Этот вопрос вырвался у Сабрины помимо ее воли.

Стэн прищурился:

— На что ты намекаешь?

Обратного пути не было, и Сабрина заговорила напрямик, тщательно взвешивая каждое слово:

— На то, что всего лишь не предаю свою личную жизнь огласке — а вот вы словно пожираете себя заживо. Завязывайте с этим, Стэн. Вы не Карсон, и никто от вас не ждет, что вы станете таким, как он. Вы хорошо справляетесь с работой, ни разу не скомпрометировали «Руссо», а это ведь главное, правда?

Шея Стэна стала пунцовой, на лице промелькнуло сразу множество чувств: удивление, гнев, стыд…

— Правда. — Он вздохнул и откинулся на спинку стула. — А ты та еще штучка, прямо клон отца.

Сабрина нахмурилась. Она его огорчила, в этом нет никакого сомнения. То ли дело в перечислении его слабостей, то ли здесь крылось что-то куда более серьезное и глубокое.

— Послушайте, Стэн, я не хотела вас обидеть, просто я очень устала. Сперва нам нужно пережить сегодняшний день, а потом уже думать о будущем, идет?

— Идет. — Ответ Стэна прозвучал довольно холодно.

— Давайте прикончим эти сандвичи, а то мне предстоит еще куча дел.

Они просидели в ее кабинете еще пятнадцать минут, разговаривая о пустяках, но Сабрина чувствовала, что ее слова разозлили и огорчили Стэна. Как видно, предчувствие ее не обмануло: ситуация куда серьезнее, чем можно было предположить.