Та скривилась, будто съела зубчик чеснока, но ответила великодушно:

– Нет, это я во всем виновата. Надо было отговорить его от этой затеи.

Ее рука опустилась в отвислый карман. Плавным движением она протянула Гере мятые купюры.

– Возьми! Ты их честно заработал.

– Нет, – сказал Гера и посмотрел на Лисицу так, словно она оскверняла светлую память папы. – Ни за что.

– Бери-бери, – смягчила тон Лисица и даже улыбнулась.

Гера убрал руки за спину и отрицательно покачал головой.

– Если бы я знал, какой ценой их заработаю… – пробормотал он.

– Может, все образуется, – уже почти весело сказала Лисица. – Сейчас врачи чудеса творят.

– Да пусть у меня руки отсохнут… – начал было клясться Гера, но Клим взял деньги и затолкал их себе в карман джинсов.

– Я тоже думаю, что все образуется, – согласился он и незаметно двинул Гере кулаком по почкам.

– Рада была с вами познакомиться, – сказала Лисица, глядя только на Геру, и сверкнула глазками, которые напоминали два крупных бриллианта.

– Мы тоже. Но нам пора, – ответил Клим, положил руку на плечо Гере и крепко сжал его шею.

Тут Лисица шагнула к Гере и поцеловала его. Опасаясь, что от избытка нежных чувств у друга может поехать крыша и он кинется отдавать Лисице деньги, Клим подтолкнул Геру к лестнице.

– Не пропадайте! – вслед сказала Лисица.

Глава 16

Мальчики подвалили!

– Вау-у-у!! Наконец-то!! Теперь у нас будет камера!! И мы начнем грести деньги совковой лопатой!!

Клим приплясывал и подпрыгивал, поднимая руки вверх, словно баскетболист с мячом. Не справившись с эмоциями, он схватил Геру за плечи и принялся трясти его.

– Ты понимаешь, что сбылась наша мечта?! Мы ошарашим своими трюками всю страну!.. Да что у тебя с лицом, Алкалоид? Может, тебе подвязать скотчем челюсть, чтоб не отпала?

Гера не разделял чувств друга. Глаза его были печальны, над губами распустились горестные складки. Он нес в охапке параплан, который напоминал гору апельсинов, стропы волочились по пыли, Гера наступал на них и спотыкался.

– Я уже придумал, как мы будем снимать, – без умолку болтал Клим. – Я закрепляю камеру на ботинке, и мы вместе прыгаем. Двигая ногой, я держу тебя в фокусе, а ты в свободном полете крутишь сальто… Нет, не так! Я прыгаю спиной, а ты сразу за мной, и я снимаю, как ты снарядом догоняешь меня, а в руках у тебя дымовые шашки…

– Я убил человека, – пробормотал Гера.

– Тьфу! – в сердцах воскликнул Клим и на мгновение заткнулся от столь резкого изменения темы. – Никого ты не убивал! Ты сделал то, о чем тебя просили. Они хотели получить бутылкой по балде – получили. И перестань наконец об этом думать!

– Не могу. У меня Лисица никак из головы не выходит.

Клим остановился и толкнул Геру в грудь. Тот, как подушкой, прикрылся парапланом.

– Не понос, так золотуха, – констатировал Клим. – От чего ты больше страдаешь – от любви к своей Синице или от того, что убил человека?

– Отстань! – ответил Гера и зашагал дальше.

– Но это все чепуха! – снова погрузился в мир мечтаний Клим. – Надо уже всерьез думать о нашем коронном номере – прыжке с самолета без парашюта. Сначала нам надо арендовать вертолет…

– Может, мне проконсультироваться у адвоката? – вслух подумал Гера.

– На кой хрен тебе адвокат? – удивился Клим.