|
То есть – абсолютно! Для начала я почитал легенду игры, но там все выглядело как-то просто и до отвращения буднично. Средневековый мир, но с некоторыми зачатками технического прогресса. Причем присутствовал некий закос под стимпанк и разные проблемы в нем: то кто-то хочет захватить власть и устроить революцию, то убивали какого-нибудь короля, то опасность всеобщего восстания низших классов, то угроза дворцового переворота, то еще чего… В общем – ничего особенно оригинального там не происходило. На фоне всего этого – рыцарские турниры, дворцовые интриги, любовные приключения, яркие праздники, публичные казни. И в этом милом мире надлежало жить и работать. Чтобы выйти из игры, предстояло каждый раз совершать определенные действия, или просто дождаться окончания отведенного времени сеанса – больше чем на восемь часов подключиться было невозможно. Причем вся исходная природа плюс география – один в один слизана с реконструкций раннего триасового периода. Кстати эта книжонка с легендой до сих пор валяется где-то у меня. Хотите, дам почитать, не жалко…
Пока я говорил, мужик, что наблюдал за нами (или за кем-то одним из нас) подозвал официанта и что-то тихо тому сказал.
– Для подключения, – продолжал я свой рассказ, – использовали специальные компьютеры фирмы «Real Systems» и особые дивайсы к ним – Шлемы Реальных Возможностей (по-английски – «Helmet of Real Opportunities» сокращенно – HRO, или даже ХРО). Сами компьютеры при помощи оптоволокна соединялись в свою собственную сеть, может даже неподключенную интернету. Я так думаю потому, что мне ставили специальную тарелку на крышу и тянули от нее оптический кабель. При переходе в реальность Вильфиера, тело участника оставалось в каком-то странном состоянии, похожем на глубокий сон, летаргию или кому. Но если игрок по прошествии определенного времени не возвращался, то кома становилась вполне настоящей и могла закончиться смертью мозга. То же самое часто случалось и при внезапном снятии Шлема с головы. Причем сам игрок, его личность, сознание и полное впечатление о живом теле уже навсегда сохранялось в реальности Вильфиера. Еще до начала участия нашей фирмы проект был почти завершен, и проходил бета-тестирование на добровольных помощниках, у которых устанавливалось соответствующее оборудование. Когда началось масштабное бета-тестирование, то скоро выяснились интересные вещи. С людьми-участниками начинала происходить всякая разная чертовщина. У кого-то формировались разнообразные болезни, кто-то сходил с ума, а кое-кто просто исчезал. Считалось, что исчезнувшие тоже свихнулись, и в припадке безумия убегали и терялись в городе. Может – утратили память и стали бомжами, может – погибли потом под колесами машин. Мало ли неопознанных трупов сейчас находят? Были зафиксированы случаи, когда во время сеанса человек вставал, начинал ходить как автомат, снимал шлем, неосознанно выходил на улицу, а потом ничего не помнил. Но некоторые тестеры стали помирать прямо во время сеансов. Не все, конечно, но единичные случаи имелись. Среди бета-тестеров поползли слухи, а руководство проекта хотело ясности, что ничего опасного тут нет и быть не может.
Я перевел дух. Допил те остатки мартини, что еще сохранились в моей рюмке, а потом продолжил.
– Когда пришлось принять предложение шефа, – немного задумчиво сказал я, – то я ответственно погрузился в новую для себя работу и случайно выяснил, что модель мира, созданная в качестве игры для любителей виртуальных приключений, на самом деле оказалась шлюзом, переходом в иную реальность. В некий мир, существующий где-то и так, но не имеющий связи с нашим миром. А вот создатели этого квеста, сами того не подозревая, пробили окно в тот самый мир. Из-за невнимательности патрона в моем распоряжении оказалось два шлема HRO, которые я смог подключать параллельно. Я сразу сообразил, что, обладая таким мощным ресурсом, возникла возможность переправлять в Вильфиер кого угодно, любого желающего… Главное, только бы не осталось никаких следов и подозрений здесь, у нас. |