— Если солнечный цветок опускает голову, то только для того, чтобы уронить в землю семена и дать начало новой жизни, — загадочно прошептала она.

Если она хотела просто обнадежить меня в моменте, то это было бы слишком жестоко, подумалось мне.

— Не волнуйся, Макс Медведев, наши судьбы переплетены. Нам еще многое предстоит сделать вместе.

— Я тоже это чувствую, — сказал я ей и провел рукой по её мягким кудряшкам.

— Я вообще в последнее время слишком много всего чувствую. Прямо какой-то шквал.

— Ох, — вздохнула она и убрала руки с моего лица.

— Извини, думаю, это то, что ты назвал бы… «обратной связью».

— «Обратной связью»? — усмехнулся я.

— Не думаю, что когда-нибудь перестану удивляться тому, как облегчает общение твой дар.

— О, можешь быть уверен, ты оставил после себя немало хлебных крошек, — сказала она, неохотно высвобождаясь из моих объятий. — Не волнуйся, пожалуйста. Обещаю, что со мной все будет в полном порядке.

— Я доверяю тебе, — кивнул я, хотя это не значило, что мне легче ее отпустить одну.

— Вернусь до того, как вы уедете в поместье Дастина Лонга, — пообещала она и окинула взглядом деревья, будто уже выбирала, на какое взобраться.

— Мы тебя подождем, — улыбнулся ей.

Она тоже мне улыбнулась и почти мгновенно исчезла в лесу.

Я невольно рассмеялся, поняв, что она была босиком, и это ее нисколько не беспокоило. Меня переполняли эмоции и кипучая жажда деятельности, но нужно было идти домой и отдохнуть перед предстоящим днем.

Призрак Дастина Лонга никак не хотел оставить нас в покое, его тень повсюду преследовала нас, и мне чертовски хотелось узнать, что же там спрятано в его поместье.

Меня бесило, что из-за его гнусных заговоров что-то могло угрожать Шелли. В том числе и поэтому я все-таки позволил Иди пойти с нами. Пусть «прочитает» его дом, как прочитала Медвежий угол и всех нас. Может быть, у нее получится больше узнать об этом логове.

Новости не самые приятные, но я с этим разберусь.

Только тронь моих жен, ублюдок, не посмотрю, что ты мертв — найду способ прикончить тебя снова, окончательно.

Именно так я смотрел на эту ситуацию.

И если мой разум отвлекался от заговоров, в голову лезли угрызения совести и мысли о женах. Я понял, что традиции Ашена лишены наших предрассудков в отношениях, но все равно чувствовал себя виноватым.

Это было странно и противоречиво. С одной стороны, я очень любил своих жен, и ничто не могло изменить этого или ослабить мои чувства. А с другой… Иди.

Я поцеловал Иди.

То есть технически, это Иди меня поцеловала.

Но я совсем не был против, и не хотел, чтобы это заканчивалось.

Покачав головой своим мыслям, я вошел в дом и побрел вверх по лестнице. Дико хотелось спать. Если совесть позволит заснуть, утром поговорю об этой ситуации с Ритой и Шелли.

Однако оказалось, что мне не придется страдать от бессонницы, вызванной чувством вины, в одиночестве. Когда я вошел в нашу спальню, то увидел, что обе мои жены сидят на широком подоконнике, на котором были набросаны мягкие подушки, и, прижавшись друг к другу, молча смотрят в темное окно.

Глава 7

— Макс? — Шелли первая меня увидела, и они обе тут же вскочили, бросаясь меня приветствовать. — Ты где пропадал-то?

Я обнял обеих. — Да не хотел вас тревожить лишний раз. — Глянул на Риту — вроде отошла от вчерашнего, похмелье её, похоже, отпустило.