Я начал двигаться медленно и глубоко, каждый толчок сопровождая поцелуями и нежными словами. Звуки нашего соединения — влажные, откровенные — смешивались со стонами.

— Чувствуешь, как ты сжимаешь мой член? — прошептал я ей на ухо. — Как твоя киска обхватывает меня?

— Ааа! Да… чувствую… — она царапала мне спину ногтями. — Сильнее, любимый… хочу чувствовать тебя еще глубже…

Я ускорил ритм, толкаясь в нее сильнее. Кровать скрипела под нами, а наши тела издавали влажные звуки при каждом соприкосновении.

— Ох, да! Вот так! — кричала Рита, встречая каждый мой толчок. — Трахай меня! Сильнее!

— Такая развратная кошечка, — прорычал я, меняя угол, чтобы достать до ее самых чувствительных точек. — Моя грязная девочка…

— Только твоя… ааа… навсегда твоя! — она подняла ноги выше, позволяя мне проникать еще глубже.

Темп становился все более лихорадочным. Я чувствовал, как приближается пик, но хотел, чтобы Рита кончила первой.

— Давай, котенок, — подбадривал я, массируя рукой ее клитор, продолжая вбиваться в нее. — Кончи для меня… хочу почувствовать, как ты взрываешься на моем члене…

— Ооо! Макс! Я… я кончаю! — Рита выгнулась дугой, ее внутренние мышцы судорожно сжались вокруг меня. — Ааааа!

Ощущение ее оргазма, пульсирующих стенок влагалища, стало последней каплей. Я мощно вошел в нее до упора и излился, наполняя ее своим семенем.

— Черт! Рита! — рычал я, продолжая двигаться, продлевая наше наслаждение. — Да! Вот так!

Время потеряло всякий смысл. Существовали только мы двое, наши тела, сливающиеся в единое целое, наши души, переплетающиеся так же тесно, как пальцы рук.

Когда буря страсти утихла, мы просто лежали в объятиях, тяжело дыша и приходя в себя. Но между нами все еще пульсировало возбуждение, словно наши тела не могли насытиться друг другом.

— Еще, — прошептала Рита, целуя мою шею. — Хочу еще почувствовать тебя в себе.

Не нужно было просить дважды. Я снова затвердел почти мгновенно, и на этот раз взял ее сзади, позволяя ей стоять на четвереньках, выгнув спину.

— Ааа! — вскрикнула она, когда я вошел одним мощным движением. — Так глубоко!

Держа ее за бедра, я задал жесткий ритм. Звуки шлепков, когда мой живот ударялся о ее задницу, смешивались с нашими стонами.

— Да! Да! Трахай меня как животное! — кричала Рита, откидывая голову назад. — Я твоя… полностью твоя!

Второй раз был еще более интенсивным, чем первый. Мы кончили почти одновременно, и я рухнул на нее, полностью обессилев.

За иллюминатором небо начинало светлеть — приближался рассвет.

— Посмотри, — прошептала Рита, указывая на первые лучи солнца. — Новый день начинается.

— А значит, у нас еще есть время, — ответил я, крепче прижимая ее к себе.

Рита вдруг села и наклонилась к небольшому сундучку у кровати. Достала оттуда тонкую серебряную цепочку с маленьким кулоном в форме кошачьей лапки.

— Возьми это, — сказала она, надевая цепочку мне на шею. — Чтобы я всегда была с тобой. А когда вернемся… — она замялась, — когда вернемся, я хочу пройти Обряд Окончательного Соединения.

Я знал, что это значит. В традиции народа кошек это был аналог свадьбы, только гораздо более серьезный. Магический ритуал, связывающий души навечно.

— Рита… — начал я, но она приложила палец к моим губам.

— Не говори ничего сейчас. Просто пообещай подумать об этом.

— Хорошо, — кивнул я. — Обещаю.