— О чем ты говоришь?

— Мы знаем, что ты задумал. — Ответил Анжел. — И мы идем с тобой.

Он был совершенно ошарашен.

И когда Ашерон увидел, как входят Валериус, Талон, Кириан, Джулиан, Зарек, Син, Вэйн, Кил, Катра, Фанг, Табита и Фьюри, то совсем скукожился от смущения.

Почему они все оказались тут?

— Что происходит? — Спросил у них Эш.

Кириан одарил его чудным взглядом.

— Здесь нет ни одного, за кого ты бы не подставлял свой зад на линию огня — а для некоторых это делал не единожды. Алексион рассказал нам, что случилось с Тори, и мы здесь для того, чтобы прикрыть твою спину вне зависимости от того, что ты задумал. — Талон кивнул.

— Вульф уже тоже в пути. Он будет здесь, как только приземлится самолет и Отто домчит его сюда. Кстати, Отто тоже хочет к нам присоединиться. — Валериус пихнул легонько Табиту в спину.

— Табита не будет драться. Она вообще скоро отправиться домой. Ей просто хотелось, чтобы ты знал, что ее дух с тобой. — Табита скорчила рожицу.

— Если бы не ребенок, то я оторвала бы яйца за тебя, Ашерон. Ты же знаешь. — Он улыбнулся ей.

— Да, знаю я, Табби.

— Другие Темные охотники тоже хотели здесь присутствовать. — Сказал Талон. — Но так как солнце еще не совсем село, они просто пока не могут. Тем не менее, если хоть одно яйцо нам отрежут, то они будут тут как тут, если потребуется.

Эш был потрясен их желанием пролить за него кровь. Это тронуло его до такой степени, что Ашерон даже представить не мог, что такое может существовать. Именно по этой причине он так хотел сохранить свой прошлое в секрете. Пошли бы они с той же охотой за ним, если бы знали о его прошлом? Или повели себя также, как и все, и просто перешагнули через него?

Совсем, как Мерус…

И все равно, это значило все для него. Ашерон взглянул на Катру.

— Я не хочу тебя видеть в этой битве. — Она зарычала на него.

— Отец…

— Никаких возражений. — Сказал Эш, перебивая ее. — Если Сими не сражается, то ты тоже остаешься здесь. — Син тихонько злорадно рассмеялся.

— Я так рад, что он твой отец. И мы впервые видим вас лицом к лицу. — Катра показала Сину средний палец.

— Ты сегодня спишь на полу. А ты… — Она повернулась к Ашерону. — Просто раздражаешь меня. Тори моя хорошая подруга. Если что-то пойдет не так и я понадоблюсь, то вам лучше меня позвать, ребята, иначе вы все переселитесь в собачью будку. — Она снова повернулась к своему мужу. — А на тебя я больше вообще не обращу своего внимания.

Син пожал плечами на ее ярость, как будто это было нечто естественное.

Зарек не обращал на них внимания со своей обычной ухмылкой.

— Это не значит, что ты мне нравишься, Ашерон. Но я тебе должен за моих жену и сына. Я отдам свою жизнь за тебя, потому что если бы не ты, у меня ни черта бы не было, и я прекрасно это знаю.

Эти слова были наверное наиболее близки по смыслу к признанию в любви, которое вообще мог выдать мужчина, и по правде говоря это тронуло Ашерона.

— Я не ожидал, что кто-то из вас пойдет за мной. В этой битве нам предстоит сражаться не только против Даймонов, но и демоны там тоже будут присутствовать. — Син ухмыльнулся.

— Я живу, чтобы разрывать демонов на куски. Подавайте-ка мне ублюдков сюда. — Зарек кивнул.

— Согласен… Подавайте-ка сюда ливень. Единственную вещь, которую я усвоил от Астрид, так это то, что смысл жизни заключается не в том, чтобы искать убежище во время шторма, а в том, чтобы научиться танцевать под дождем.