|
Даже старая каменная стена была украшена цветущими лианами. Понятно, почему Ашерон предпочитал это место всем остальным во дворце. Летний воздух был свежим и теплым. Я могла часами наблюдать, как Ашерон наслаждается простейшими вещами: ощущением солнца на его коже, травой под его босыми ногами. Конечно, его прежняя жизнь была далека от идеала. Как бы я хотела подарить ему другую, лучшую жизнь, в которой люди не обижали бы его, в которой видели бы всю красоту и ранимость его души. Я наблюдала, как он срывал яблоки, и была поражена тем, как он изменился за последние месяцы. Впервые, я видела в нем семнадцатилетнего мальчишку, а не униженного и использованного старика. Он научился доверять мне, тому факту, что здесь он был в безопасности, что никто его не испугает и не обидит. Он мог быть собой без опаски, что ему причинят боль. Я молилась, чтобы он нашел все то же самое в Кизе.
О, каждый раз, когда я думаю о его жизни в Атлантиде, я чувствую нестерпимую боль. Как мог наш дядя так с ним обращаться? Даже сейчас я вижу Ашерона в цепях, вижу ту дикую пустоту, которая была в его глазах, когда он впервые увидел меня и еще не знал, кто я такая. И не знал, кто он такой. Я подводила его ранее, но я буду стараться не подвести его еще раз. Здесь он узнал, что такое мир и счастье. Я сделаю все возможное, чтобы оградить его от мира, который его не понимает и обижает. Когда он собирал яблоки, он напомнил мне белку, которая прыгает с ветки на ветку, собирая свои сокровища. Он был таким красивым мальчиком. Сердцем я знала, что они со Стиксом близнецы, но когда я наблюдала за ним, я была ошеломлена их различиями. Ашерон двигался гораздо более грациозно, свободно. Он был стройнее, его волосы были чуточку более золотые, его мускулы более очерченные, а кожа — более мягкая. И эти глаза… Они были привлекательными и пугающими. Когда он закончил, то принес все собранное и положил кругом передо мной, чтобы я выбрала, какие яблоки я съем в первую очередь. Он всегда был таким внимательным, думал сначала о других, а потом о себе. — Как ты думаешь, отец скоро приедет навестить нас? — спросил он, лежа на боку и наблюдая за тем, как я ем яблоко. Я почувствовала, что он проверял меня, солгу я ему или нет. Его серебряные умопомрачительные глаза были очень раздражающими, когда он смотрел так настойчиво. Неудивительно, что дядя бил его за то, что Ашерон смотрел на людей. Когда ты находишься под таким испытующим взглядом, ты теряешься и даже пугаешься. Но он не заслужил того, чтобы его били за то, что от него не зависело. — Я думаю, мы должны совершить путешествие через несколько дней и встретиться с одной королевой. Он посмотрел вдаль разочарованно, играя со своим яблоком. Желая успокоить и приободрить его, я убрала золотые волосы с его глаз. — О такой искренней нежности ты говорила? — спросил он сомневающимся голосом, — о такой, когда люди, которые любят, прикасаются к тебе, не прося ничего взамен? — Да, — ответила я. Он улыбнулся мне открыто и правдиво, как ребенок. — Мне кажется, мне это по нраву. Затем я услышала то, отчего мое сердце остановилось. Это были несколько шагов, прошелестевших рядом. Я знала, что не должно быть никаких таких звуков в нашем временном раю. Петра и Майя были заняты по кухне. Муж Петры ушел в город, а все остальные занимались своими делами. Только один человек мог прийти с кем-то еще. Я знала, что это был отец, так как Ашерон встал, а его лицо переполняла радость. Я закрыла глаза, сгорая от ужаса, и заставила себя встать и повернуться к нему лицом. Его лицо пылало от злобы. Он стоял рядом со старыми каменными колоннами, которые являлись входом в сад, а рядом с ним был Стикс. Кровь у меня застыла в венах. Я хотела сказать Ашерону убегать отсюда и прятаться, но было уже слишком поздно. Они были совсем рядом. Еще бы три дня, и он бы был в безопасности далеко отсюда. |
