Вернее, покупатели. Главный был европеец — высокий, худой, светловолосый, и, судя по выправке — офицер, или действующий, или отставной. Его сопровождали мулат и не то метис, не то азиат, которые были одеты в лёгкие защитные костюмы и держали в руках ружья. Главный остановил свой взгляд сначала на мне и спросил:

— Welh Nasion?

— Russich, — ответил я, сообразив, что он спрашивает нацию.

Тот поморщился, сказал:

— Jeg Beileid.

Перевести я не смог, но Самира фыркнула и прошептала:

— Сочувствует он… пусть засунет своё сочувствие…

— Excuse me… Entschuldigung! — заворочался англичанин.

Европеец тут же переключился на него, поменявшись в лице. Диалог на какой-то странной смеси английского и норманнского состоялся примерно следующий:

— Вы европеец? Англичанин?

— Да-да, именно. Я учёный, историк, моя фамилия…

— Я из норвежской разведывательной миссии, спецназ поиска и контакта. Вы из союзной нации, я обязан вас спасти. Сейчас попробую уговорить этих швайне.

Дальше был длинный и весьма напряжённый разговор через переводчика с нашим продавцом, пару раз они даже вскидывали ружья, но вскоре все сошлись на какой-то цене, из рюкзака европейца выудили десяток небольших свёртков, которые отправились в руки сиамцу.

Гриллз поднялся, расплываясь в благодарностях. Европеец небрежно бросил подбежавшим слугам, указав на цепочки, видимо, приказывая снять.

— Нельзя! — завопил сиамец. — Снимите у себя на месте!

Снова скандал, снова вскинутые ружья, пока, наконец, цепочки не развязали, а Гриллз с довольным видом принял вертикальное положение и размял конечности.

— Спасибо, спасибо! — чуть не прыгал он, затем обернулся к нам, уже садясь в машину. — Постараюсь сообщить в консульство. Берегите друг друга. Да пусть вас спасёт Бог.

— И вам не хворать, — сказал по-русски я.

Почему-то мне показалось, что он обязательно забудет о нас и вряд ли кому-то будет говорить. Спасение если и стоит искать, то совсем не здесь и не у этих людей.

У кого-то посерьёзнее.

Наш покупатель был, наверное, шестым или седьмым из остановившихся у нас. Это были трое офицеров-азиатов в чёрно-красной униформе. Я узнал флаг на рукаве.

Это был флаг Японской Империи.

Они прибыли не на джипе, а пешком, как я потом понял, из порта. Один из пришедших, самый высокий, с седыми короткими усами, тут же встретился со мной взглядом.

— Росья? — безошибочно определил он.

— Угу, — кивнул я.

— Дволянь?

— Дволянь, — согласился я.

Он тут же небрежно махнул рукой сиамцу, пробубнив что-то. Судя по жесту это можно было перевести примерно как «заверните».

Тут же подбежали трое, подняли, потащили куда-то, другие достали и протянули сиамцу оплату, и процессия медленно двинулась по улице, унося меня из-под навеса. Краем глаза я заметил, что сиамец также достал откуда-то из хижины и вручил японцам какой-то пакет.