Однако Мира замолчала и в тот день не произнесла больше ни слова.

Зараза…

Должен признать, ее неуклюжая стратегия понемногу работала. Я стал замечать, что мне не так уж сложно говорить с ней. Ну, не она первая, с Соркиным я тоже нормально общался, пока он истерично не объявил меня монстром и с лицом униженным и негодующим умчался непонятно куда. Полицию на меня не вывел – и на том спасибо. Я прекрасно понимал, что Мира претендует на совершенно не нужную мне роль друга. Я убеждал себя, что все под контролем и в определенный момент я сумею ее остановить. Я ведь все равно знал ее главную тайну, это дарило хоть какое-то чувство контроля.

До сих пор не понимаю, почему мне даже нравилось отвечать ей. Может, потому, что в такие моменты я ни в ее, ни в своих глазах не был чудовищем.

– Я как-то читала, что ты жестоко пытал ребенка, – сказала она. – Это правда?

– Если речь идет о сыне федерального судьи Лазаренко, то да. Он умер не быстро.

– Почему? Про судью говорили, что он продажный, что он отпустил больше преступников, чем посадил… Но ребенок?

Вот тут мне бы промолчать, и раньше я промолчал бы. Но я видел свое отражение в глазах Миры, и мне не нравилось считать этого человека детоубийцей.

– Ребеночку было тридцать пять лет, и он носил на спине ручной миномет. Не у каждого мальчика есть такие игрушки.

– Что? – опешила Мира. – Но… это же не ребенок!

– Это ребенок судьи. Его сын. Статьи – это всегда вопрос формулировок.

– Понятно… Послушай… А если бы не то, что вынудило тебя стать таким, кем бы ты хотел стать? Чем бы занимался?

Вот тут я сообразил, что и так наговорил слишком много, и демонстративно отошел от нее. Мне действительно нужно было наладить антенну, так что Мира оставила меня в покое.

Я промолчал – но я не мог не думать о ее вопросе. Чего бы я хотел, если бы со мной не случилось то, что случилось? Если бы у меня действительно когда-то была свобода выбора?

Пожалуй, просто лететь вперед и видеть то, чего не видел никто. Да, заниматься тем, чем я занимаюсь сейчас.

У судьбы определенно есть чувство юмора.

* * *

Найти его оказалось непросто, но Сатурио знал, что так будет, и отступать не собирался. Дело было не только в долге полицейского – и не столько в нем. Просто кочевника все больше раздражало, что на его территории, рядом с его семьей свободно разгуливает террорист, которого давно следовало бы казнить. Так что, когда отец сказал, что охота на Гюрзу снова стала приоритетом, Сатурио почувствовал: на этот раз все получится.

Для начала он попытался следить за Мирой Волкатией. В том, что эта девица связана с Гюрзой, кочевники давно не сомневались. Но она уходила от слежки с неожиданным умом, да и ее подчиненные не могли толком объяснить, где ее носит. Сатурио даже подумывал о полноценном допросе, однако быстро отказался от этой идеи. Вряд ли Гюрза по-настоящему ей доверяет, если он узнает, что ее задержали, он тут же скроется. Да еще и отомстит за нее – не потому, что она ему нравится, а из принципа.

Нет, чтобы подобраться к этому змею незаметно, нужно было действовать осторожно.