Аргасп остановился, смотреть стал. Забавно ему сделалось. Вместе с прочими хохотал и на скамара пальцем показывал. Уморил скамар назойливостью своей.

    Так все смеялись (а Аргасп любит веселье и всюду его ищет). Вдруг тот скамар, из пыли поднявшись, на узде у аргасповой лошади повис и прежалобно молить стал, чтобы храбрый воин его накормил. Мол, седмицу во рту, кроме пыли, ничего не было.

    И так насмешил он Аргаспа своим кривлянием, что взял его Аргасп с собой в бург и накормил. А накормив, рабом своим сделал, домой к себе забрал и заставил работать по хозяйству.

    Сам же с легкой душой безделью предался.

    Первое время хвастал Аргасп новым своим рабом Снагой без удержу. Назовет полный двор гостей, Снагу вызовет - кривляйся, Снага, потешай гостей моих! Снага рад стараться. Так и веселились хозяин и раб, а всю работу перевалили на наложницу аргаспову, Тиви.

    Потом Аргасп в поход ушел, а Снагу Тиви в крутой оборот взяла, так что когда Аргасп из похода воротился, Снага уже вовсю по хозяйству крутился, а Тиви им повелевала. Аргасп понимал, конечно, что в его отсутствие Снага с Тиви милуется, но поскольку убытка в хозяйстве от этого нет, то и не обратил на это никакого внимания.

    По весне Снага иной раз начинает ныть, что хочется ему вновь бродяжничать и странствовать, как прежде. Но никогда не уходит.

    Этот аргаспов Снага вскоре после посевной дал в ухо хродомерову рабу Двале, объясняя свой поступок тем, что Двала, мол, круглый дурак.

    Этой новостью он никого не удивил. И без того все село хорошо знает, что Двала - круглый дурак. Но на драку между рабами Хродомера и Аргаспа многие пришли посмотреть. Катались в пыли Двала и Снага, ибо хоть и был Двала глуп, но телом могуч и кулаками совал знатно. Снага же верткий и тощий.

    Мы с Гизульфом тоже прибежали и смотрели. И Ахма-дурачок, брат наш, глядел и подпрыгивал, дерущихся подзуживая.

    Ильдихо пришла, чтобы нас с Гизульфом и Ахмой домой забрать, но и сама осталась глядеть.

    Дрались рабы долго. Аргасп пришел (ему Тиви сказала, ибо Тиви боялась, как бы не убил Двала Снагу). Аргасп Хродомеру родней приходится, он племянник хродомеров. Не хотел он обижать родича своего из-за раба вздорного и потому пинками обоих разогнал.

    Двала, уходя, все оборачивался, кулаками грозил и разбитой губой дергал. Снага же на удивление всем невредим оказался. Аргасп тут же ему нос разбил и под глазом синяк поставил. Пусть Хродомер видит, как пострадал Снага от кулаков Двалы безмозглого. И с тем, ругая на чем свет стоит, домой погнал. А Тиви, причитая, сбоку шла, точно собака пастушья возле стада.

    На следующий день Двала вспомнил, что, вроде бы, алан он родом. А аланы - народ мстительный. И Скадуса, другого хродомерова раба, на коварное дело подбил.

    Взяли они большой мешок, какой у Хродомера для зерна припасен, и стали тайно следить за Снагой. И выждав, когда Снага беспечно присел на корточки по естественной надобности, напали на него с тыла и мешок на Снагу надели.

    Пойманный в ловушку Снага пробовал отбиваться и кричать, но тщетно. Двала и Скадус избили его и, как был, в мешке бросили, а сами скрылись.

    Снага же был по делу Аргаспом послан, когда отвлечься задумал и на корточки присел. Ждал-ждал Аргасп, пошел посмотреть - что там раб нерадивый делает так долго. Нашел же Снагу в самом плачевном виде. Лежал Снага, стонал и корчился. Как хозяина заприметил, вдвое громче стонать принялся, дабы внимание хозяйское к увечьям своим обратить.