|
Ветер трепал их волосы.
Клер подошла к борту, взялась за поручень и посмотрела на шпиль церкви, где она обвенчалась, на деревья и крыши домов Нового Орлеана – города, который навсегда останется в ее памяти как воспоминание о самом счастливом времени ее жизни. Она перевела взгляд на мутную, бьющуюся о борт корабля воду Миссисипи и почувствовала страх перед неизвестной, ожидающей ее впереди жизнью.
Клер подняла голову и, отыскав глазами Майкла, успокоилась. Малыш всегда избавлял ее от страхов перед будущей жизнью с Форченом. Стоило Клер лишь взглянуть на него, и она понимала, какой счастливой сделал ее брак с Форченом О'Брайеном.
Ей в лицо дул легкий приятный ветерок. Клер отошла от борта, но, когда корабль изменил слегка курс, снова припала к поручням. Атланта, штат Джорджия… За время скитаний она никогда не бывала там. Клер слышала, что во время войны город был сожжен, и попыталась представить себе дом Форчена, если у него вообще был дом с тех пор, как он уволился из армии.
За доками начинались пыльные насыпи, поросшие высокими кипарисами, стволы которых обросли мхом.
Форчен оторвал взгляд от реки и посмотрел на Клер. Она стояла у бортика, придерживая подол свадебного платья, ветер трепал ее волосы, от прически не осталось и следа.
– Ты вымочишь платье.
Она повернулась к нему и посмотрела на него своими большими карими глазами, от которых нельзя было оторвать взгляд.
– Мне нужна твоя помощь, я не могу расстегнуть все пуговицы.
– Я отведу Майкла к капитану и спущусь вниз помочь тебе.
Он ушел, взяв мальчика за руку. Клер услышала радостный от возбуждения голос ребенка, но не могла понять, что он говорит: дул сильный ветер, а они были слишком далеко от нее.
Клер бросила прощальный взгляд на Новый Орлеан, и спустилась в каюту. Через несколько минут вошел Форчен и, казалось, занял собой все крошечное пространство помещения.
Он начал снимать френч.
– Позволь, я разденусь, – сказал Форчен, развязывая галстук. Затем он взял со стола бутылку шампанского. – Поздравляю от моего брата.
Пробка с выстрелом выскочила из бутылки, и Клер ждала, глядя, как он разливает шампанское. Когда пена осела, он взял бокалы и, протянув один ей, хмуро посмотрел на нее.
– За удачный брак.
Чокаясь с Форченом, Клер подумала, что он, должно быть, уже раскаивается, потому что его голос не казался счастливым.
Форчен залпом осушил бокал и отошел от Клер, чтобы снова налить шампанского. Клер пила пузырящийся напиток и с волнением наблюдала за Форченом. Он подошел к ней.
– Повернись, я расстегну тебе пуговицы.
Клер повернулась к нему спиной и почувствовала, как его пальцы касаются пуговиц. Когда платье было расстегнуто, Клер стало прохладно, но она ощутила на своей коже ласковое прикосновение теплых пальцев Форчена.
О'Брайен, не отходя от Клер, крутил пуговицы и, несмотря на отчаяние, охватившее его, когда он вспомнил свадьбу с Мерили, в нем проснулось желание. У Рафферти он выпил бренди, и оно затуманило его сознание. Расстегнув длинный ряд крошечных жемчужных пуговичек, он увидел гладкую, словно атлас, узкую спину девушки. Локоны ее длинных каштановых волос спадали на плечи, разделяясь у затылка, обнажали ее красивую шею. Форчен смотрел на Клер и ему хотелось прикоснуться к ней. Она была сказочно красива и влекла к себе.
Руки Форчена задрожали – его охватило страстное желание. Талия Клер была тонкой и узкой, что ее легко можно было обхватить пальцами. Его взгляд скользнул по сорочке и кружевам корсета. Форчен опять посмотрел на ее затылок и, наклонившись, слегка коснулся его губами.
Девушка немного отстранилась, но не остановила его. О'Брайен целовал ее шею, ощущая мягкое прикосновение ее шелковистых волос. Он развернул Клер и, обняв за талию, прижал к себе. |