— Председатель Ленгорсовета Попков, отвечающий за ваше направление, будет сегодня на месте всю ночь. Как наш груз уедет, можете сразу ему позвонить. Но помните: не успеете сегодня, можете сразу готовить еще один вагон.

И я во второй раз положил трубку.

— Это было невежливо, — заметил Попков. — А еще вас приняли за сотрудника НКВД.

— Вообще, я прямо сказал, откуда я.

— А, ладно. И вы думаете, ваш напор сработает? Как бы порой чего-то ни хотелось, вагон с грузом из воздуха не возьмется.

— Вы все-таки нечасто вели дела со среднеазиатскими республиками. Они не любят работать, они любят подчеркнуть свою значимость, но они не дураки. Вагон уже готов, а вот за сроки отправки они фактически прямо предлагали поторговаться.

— А вы стали угрожать?

— В смысле? Я тоже торговался. Как на рынке: вам говорят, килограмм мяса — пять рублей, а вы… Дам пятьдесят копеек. И кулак покрепче сжимаете.

— Да уж, торги. Это вас отец так учил договариваться? И это работает? — Попков как будто даже искренне заинтересовался. Впрочем, учитывая, что он даже не спросил про свою ночную смену, то точно искренне.

— Не всегда, — ответил я. — Только если дело достаточно важное, и вы готовы идти до конца, разменяв на победу хоть годовую премию, хоть авторитет, хоть свободу, хоть даже саму жизнь.

— И для вас это настолько важно?

— А я не шутил, когда говорил, что стране и городу нужна эта новая энергия…

Я не договорил, телефон снова зазвонил. Ровно через одиннадцать минут после того, как закончили прошлый разговор. Емцов учел, как его в первый раз вытянули через десять, и решил хоть немного, но уколоть в ответ.

— Антонов, — я кивнул Попкову и сам взял трубку. — Знал, что вы проявите сознательность.

— Просто нам повезло. Руда была готова, вагон тоже, отгрузку завершим завтра к утру, так что получите вы свой груз! — кажется, он на самом деле считал, что делает нам огромное одолжение.

— Торгуется, — тихо прошептал Попков, прислушиваясь к разговору со своего места. И посмотрел на меня: сошлись мы в цене или еще нет?

— Если груз уедет завтра, — вздохнул я, — То будем ждать два вагона. Если второй вагон не получится отправить в течение двух дней, то начинайте готовить еще один.

— Вы не понимаете⁈ — Емцов перешел на крик. — Я тут столько людей уже поднял! Половина Ферганы не спит из-за какой-то руды, а вы…

— А я сообщаю, что от вас нужно не половине города, хотя что-то мне подсказывает, что вы преувеличиваете, а всей стране. Наш проект уже скоро достигнет размахов и бюджетов ГОЭЛРО, и да, ваша руда будет нужна во все больших и больших масштабах. Если вы не сможете ее обеспечить, это сделает тот, кто придет вам на смену. Не сможет он, урановую руду, причем с содержанием нужных нам элементов в сотни раз выше, можно будет купить и за границей. Швейцария за золото вполне готова на сделку.

— Хватит, я не дурак, — голос с той стороны на этот раз звучал без злости, просто немного устало. — За возможность сэкономить золото, тут не только меня, тут всех сожрут. Нужны два вагона, будут вам два вагона. Уедут… Задержу одиннадцатичасовой поезд и отправлю до часу ночи.

— Благодарю за сотрудничество, — я, не дав организму выдать меня предательским вздохом, выждал еще пару секунд и только потом положил трубку. — Вот и все.

— Мне, наверно, нужно будет подготовить запрос на тот второй вагон, — Попков почесал лоб, — Вот не понимаю я вас, Антонов! Вроде бы самый обычный студент на вид, но так этого узбека на место поставил.