— Ну, и с бериллиевыми отражателями так же можно будет? — вкрадчиво предложила шиза.

— Ага, температура плавления под 1300 градусов. Мягкие припои вроде олова — мимо, нужно будет серебро или медные сплавы. А еще бериллий жесткий, без флюсов его не взять, а там в половине составов бор, от которого любые расчеты полетят, придется искать дальше.

— Можно механически зачистить. Так же в реальности с ним и работали?

— Можно было бы. Но эта гадость токсична! Нагрев, пыль, и любой, кто с ним станет работать получит поражение легких.

— Побочные жертвы. Ту же Ирку ты не пожалел.

— Не пожалел и убил — это все же разное. А еще тут на самом деле можно найти решение, вертится же что-то такое.

— Лос Аламос, — подсказала шиза. — Или тот же циклотрон Курчатова.

— Ну, конечно! Мы наши пластины будем не варить и не паять, а зажмем в корпусе реактора! Болты, индиевая фольга и пасты — тут это рабочие технологии, нужно будет немного пересчитать потерю нейтронов, но жить можно.

— Выдыхаем, бобер? — пошутила шиза и замолчала.

Я на самом деле выдохнул, а потом мысленно дописал в список провалов еще один пункт. Ошибка, которая была замечена не системно. К счастью, заодно нашел и решение. Мне просто нужны местные не на уровне исполнителей, а хотя бы администраторов по части направлений. И, к счастью, подходящие кандидатуры у меня есть.

— Я тогда, начиная с завтра, если не вылезет ничего срочного, буду заходить в пять вечера, — попрощался я с Попковым. Хорошее отношение хорошим, но немного постоянства на работе ему не помешают.

— Сам?

— Или сам, или кто-то из моих. Мне тут подогнали куратора от НКВД, Ольгу Романову, возможно, буду ее использовать.

— Все-таки странно вы, молодежь, порой изъясняетесь, — покачал головой Попков. — А Ольгу я знаю, очень хорошая вежливая девочка. Она, кажется, с сыном Лазутина встречается.

Вежливая? Я вспомнил, как мне недавно пообещали, что заставят блевать кровью.

— Как раз сегодня видел их в столовой внизу. Вот и подумал, что она так сможет и пользу приносить, и с женихом встречаться.

— Хорошее дело, — важно закивал Попков.

А я задумался о том, сколько же человек знает, что на самом деле представляет собой милая девушка из НКВД, Ольга Романова. Впрочем, двойная жизнь тайных агентов интересовала меня только с точки зрения того, мешает она проекту или нет. Я оценил риски, решил, что это скорее инструмент, чем проблема и спокойно двинулся дальше. Надо было заняться теми сами кандидатурами… У секретаря Попкова я задержался, набрал ЛФТИ и попросил узнать, на месте ли сегодня Флеров и Курчатов.

Как оказалось, Игоря Васильевича срочно дернули в Москву на какую-то жутко важную встречу в Академию Наук, и, собственно, по этой причине Флеров, как его ассистент, и застрял на работе. Учеба, какие-то эксперименты, бумаги, заполнение которых нельзя было отложить. Я дождался, пока Жора возьмет трубку, предложил свою помощь и когда тот с легким удивлением согласился, пообещал приехать через пару часов.

— Все вы молодые куда-то спешите, — секретарша Попкова проводила меня участливым покачиванием головы. — Вот скажи, где сейчас без тебя не смогут обойтись?

— Октябрьский районный отдел милиции, — честно сказал я, заставив женщину удивленно открыть рот.

* * *

Толик Клык считал себя хорошим человеком. Да, они вчера отложили немного песка и гравия для колхоза, но не весь же. Тем более эти ученые совсем с ума посходили, ради какого-то подземного домика собрались заливать аж два метра бетона в высоту.