— Москва неофициально говорит, что это ответ на создание Комиссии по расследованию антиамериканской деятельности. Но какое отношение те, кто приезжали к нам, имели к тому, что коммунистов в Штатах начали притеснять? А теперь еще обсуждают закон Хэтча, который может запретить американским коммунистам занимать места в правительственных организациях, и тогда о потеплении можно будет даже не мечтать… — было видно, что Хотянову давно хотелось выговориться, а тут я. Вроде бы и не свой, но при этом готов был слушать.

Этот уже немолодой мужчина оказался довольно наивен, но не мне его судить. Зато выяснил, почему их колхоз, лишившись привычного прикрытия из-за границы, начал так грубо и неумело искать ресурсы внутри страны. С другой стороны, они на самом деле могли немало предложить, да и потенциальный выход на американских евреев, если понадобится достать что-то редкое, тоже мог пригодиться. В общем, я не пожалел, что решил проверить связи рабочих-вредителей.

— Вы в самом начале спросили, чего я хочу, — я плавно перевел обсуждение нелегкой судьбы отдельного колхоза в конструктивное русло. — Так вот позвольте, чтобы вы меня правильно поняли, для начала задать один вопрос. Вы бы согласились дать мне десять рублей, чтобы я сходил и купил вам пива?

— Но пиво стоит гораздо дешевле.

— О том и разговор. Вы в целом не против тратить деньги, я тоже в целом не против договариваться, однако платить грабительские проценты посредникам ни один из нас не имеет ни малейшего желания.

— Так вы поэтому так жестко обошлись с Клыком?

— Иногда проще один раз показать, чем десять раз объяснять. В общем, мое предложение, можете передать его отцу, — я вытащил лист бумаги из портфеля, быстро прикинул количество людей, что уже скоро придется привлекать на стройку, и набросал цифры по продуктам, что мне будут для них нужны. Благо нормативы по питанию вбиты на подкорку каждого, кто хоть раз отвечал не только за работу, но и за быт хотя бы сотни людей.

— Если отец согласится?

— Завтра после пяти пусть ваш человек подойдет в Ленгорсовет и подпишет там все документы по снабжению едой новой большой стройки. И еще раз скажу: рассматривайте это не как сделку, а как возможность установить отношения с теми, кто может достать и сделать то, что для вас нынче недоступно.

На этом и распрощались. Хотянов вроде бы вдохновился, и, если ничего не случится, то хотя бы нормальное питание я своим организую. Все-таки полагаться только на доброе отношение со стороны Кировского было бы непрофессионально, мало ли когда они решат, что сделали достаточно добрых дел. А то, что в колхоз за это можно будет вполне официально списывать весь строительный брак, что нам будет приходить… Вполне рабочая схема.

Уж в том, что в первое время брак будет, я не сомневаюсь. В таких делах главное не заиграться и не начать ради лишней прибыли продавать то, что на самом деле нужно на стройке. Ну, а разберемся с браком, хочется верить, что к тому моменту у меня будет уже первый работающий реактор, электричество, и мощности, которые можно будет включить в схемы натурального обмена, процветающие в эти годы. Не самое честное и благородное решение, но это моя цена… Я обернулся, бросив еще один взгляд на желтое четырехэтажное здание райотдела милиции, что принесло мне столько пользы, выдохнул и дальше пошел, насвистывая одну полузабытую песенку. Что-то про туман, подворотни и что нам не впервой.

Когда добрался до ЛФТИ, уже вечерело. Ветер с Финского усилился и пробирал даже сквозь довольно плотное пальто. Еще и снег начался, отчего серая махина института на фоне потока снежинок и редких огоньков кабинетов, где еще кипела работа, смотрелась даже уютно.