Благо ветер усилился, и эта парочка, расслабившись на своей территории, даже не заметила, как я спрыгнул с крыши. Пока в спину тому, что покрепче, не уперся мой ТК.

— Работает НКВД, — хриплым после пары часов без движения голосом я обозначил им дальнейшие планы. — Заходим, молчим, любой лишний звук рассматриваю как просьбу отправиться на тот свет.

Я стукнул своего бандита по спине, чтобы тот постучался. И правильно сделал, стук тот изобразил не простой, а с каким-то шифром. Возможно, в наборе тяжелых и быстрых ударов даже были заложены варианты на случай облавы, но простая шпана вовсе не горела желанием умирать ради кого-то другого. Вошли, и, пусть я и слушал все, что творилось внутри, но, увидев замершую у стены Ирку своими глазами, все равно почувствовал поднимающуюся внутри злость. Ладно отсидевший бандит с безуминкой во взгляде — этот-то точно уже давно не в ладах ни с разумом, ни с совестью. Но другие-то трое? Перед ними не просто убивают, а пытают ребенка. Ладно, не ребенка, девушку, но как же жалко она выглядела в этом тазике, с опустившимися плечами и сгорбленной спиной. А они даже не возразили.

Мы переговаривались с Ржавым, а я смотрел на Ирку, и это было так непривычно видеть: как в ком-то при виде тебя просыпается такая надежда.

— Готов убивать? — шиза почувствовала, к чему все идет.

Очередной грязный ход, которого в идеале хотелось бы избежать. Вот только я не собирался давать ход классическому сюжету из книг. Герой щадит врага, тот приводит союзника, и они снова нападают вместе, став сильнее. К черту, лучше решить все раз и навсегда!

— Не в первый раз… — ответил я шизе.

И в памяти невольно всплыли два случая из прошлой жизни. Нападение и авария, случайность и мое осознанное решение. Без первого я бы не решился на второе. Без обоих этих случаев сейчас я бы не смог действовать так уверенно. Даже понимая, ради чего это… Ржавый вытащил нож и получил пулю. Вторая досталась одному из моих сопровождающих — матерый мужик увидел, что я всего лишь студент и слишком поверил в себя. И третий выстрел. Он достался безумной тетке, которая выхватила из рукава заточку и попыталась добежать до Ирки. Женщины порой страшные.

— Мы сдаемся! — парень помоложе вскинул руки вверх. — Мы ничего не делали, нельзя же просто так нас убивать!

Как он искренне это сказал. Что характерно, когда убивать собирались нас с Иркой, эти мысли ему в голову не приходили.

— Не стреляйте! — его напарник для надежности даже рухнул на колени.

— Я буду слушаться! — стоящий перед мной мужик, увидев пример, тоже попытался растянуться на полу.

Выстрел. Выстрел. Выстрел. Не идеальное, но самое надежное решение в данной ситуации. Внутри что-то попыталось подняться… Ужас? Совесть? Сожаление? Нет, всего лишь шиза.

— А я думала вербанешь, — хмыкнула она. — Как Клыка или твоих соседей.

— Главное, дело. Те могли быть полезны, эти — нет. А я сюда пришел не вторые шансы раздавать.

— Думаешь, без свидетелей тебя и девчонку не найдут?

— Я все еще уверен, что тут не обошлось без Лагунова, пусть тот и держится в тени. А уж он проследит, чтобы дело, которое может вывести на него самого, не сильно расследовали. Ну, а мелочи, вроде слишком явных следов, прекрасно уберет пожар.

Разобравшись со своим единственным ментальным тараканом, я вздохнул и пошел к Ирке. Та, сжавшись, все это время сидела без движения и только следила за мной своими огромными черными глазищами.