За мостом Брехт приказал в дубовой рощице расположить сотню егерей со Слонобоями. Если, а вернее, когда разведка корпуса Даву достигнет моста, а оказался через речку Дие всё же мост наведён, причём каменный, то они до рощицы этой расположенной в полукилометре сгоняют непременно, чтобы проверить, нет ли там засады. Засады там в то время не будет, ещё чуть северо-восточнее есть рядом рощица небольшая, которую из-за первой не видно. Французы проверят первую рощу, никого там не обнаружат, и отойдут назад охранять мост. Тогда снайпера и переползут в первую рощу.

Казаки расположены, всем своим табором, в трёх километрах не доходя до моста. Там с юго-востока тоже молодой дубовый лес. Большой, туда и десять тысяч всадников можно спрятать. Сидят они в засаде и начинают атаку по трём зелёным ракетам, а ракеты эти Пётр Христианович запустит в небо, когда французы побегут.

Черкесы расположены примерно на таком же расстоянии от моста, но с юго-запада от дороги. Для них сигнал тот же. Десять тысяч лёгкой кавалерии это чуть не половина Первой конной армии Будённого. В той на 1919 год было под тридцать тысяч. Втопчут убегающих французов в дорогу.

Теперь главное, а чего это ветераны Даву побегут? А куда им беднягам деваться. Когда егеря уничтожат уланов или уж кого там маршал отправит мост захватить и удерживать до подхода главных сил, то они перейдут мост и займут места согласно купленных билетов, тьфу, согласно рекогносцировки. По обеим сторонам дороги из досок, что привезли корабли, сколочены щиты в три доски, чтобы современные слабые пули остановить, и за ними встанут шесть сотен егерей и шесть сотен гренадеров со штуцерами. И сто пятьдесят два штуцера будут Слонобои с дульными тормозами. Эти начнут стрельбу, когда французы со своими гладкостволами даже и подумать не решатся огонь открывать. Семь сотен метров — сейчас дистанция. Понятно, что Даву отправить на штурм кавалерию. Только тысяча двести снайперов это ого-го как много. Они за минуту всю кавалерию Даву перебьют. Тогда маршал прикажет развернуть артиллерию. Ну, Брехт бы так поступил. Даву же не глупее, наверное. Хотя глупее, естественно, но не на порядок же, так, в разы.Скомандует пушкарям. И тут по этой артиллерии с холмов ударит настоящая артиллерия, и у неё шрапнелью снаряды нашпигованы. Три — четыре залпа и нет артиллерии у маршала. Пушки-то целёхонькие стоят, ждут новых хозяев, а вот с пушкарями беда. Шрапнель сверху — это сюрприз, к которому французы ещё не готовы. И тут на расстояние в триста метров к ним подскакивают лезгины в кирасах и тысяча Мехти, и открывает огонь из штуцеров. Это ещё ведь тысяча шестьсот пуль. Стрельнут и отступят. Возможны два варианта: первый — французы, потеряв несколько тысяч человек и лишившись артиллерии, сразу побегут, или второй. Они всем своим воинством ринутся в штыковую атаку. В первом случае три зелёные ракеты и тотальное уничтожение бегущих черкесами и казаками, во втором снова тысяча двести выстрелов каждые двадцать секунд и шрапнель с воздуха. Ну, через пару минут и Брехт бы побежал. И опять три зелёные ракеты.

— Вашество! Эскадрон французов приближается! — на взмыленном арабе прискакал Ванька.

— Ну, велком, дорогой Даву с лысой голову.

Интерлюдия пятая

Битва при Шенграбене.

Кутузов спешил занять дорогу из Вены в Цнаим. Для прикрытия перехода основных сил к Холлабрунну, городу в пятидесяти примерно верстах от Вены, был выдвинут отряд князя Петра Ивановича Багратиона.Солдаты Багратиона только прибыли с марша и только начали варить себе кашу. И тут приказ командующего. Несмотря на усталость, войска снова были подняты на марш и к 9 утра 3-го ноября уже были у Холлабрунна. Отряд быстро прошёл в кромешной темноте по тропинкам, через виноградники, через овраги, через замёрзшие ручьи.