Я сопротивлялся, сколько мог, но нога предательски опустилась на колено.

Нет! Это не может закончиться так! Он ведь нас убьёт!

Я зарычал, пытаясь подняться, но всё что мог, это смотреть, как жизнь покидает Ксавира на моих глазах. По мерзкому языку демона пошла волна живительной силы, вытекающая из генерала.

Его кожа быстро серела.

Ситуация была критической.

Но я ничего не мог сделать.

Лишь сжимал рукоять меча до белых костяшек, чувствуя, как кровь стекает по руке. Но всё ещё пытался остаться в сознании.

Его органическая броня, похожая на чёрные костяные пластины, покрытые пульсирующими венами, блестела в свете магических вспышек. Ничтожное количество оставшихся в живых магов.

Собрав последние силы, я в отчаянии швырнул щит, но он лишь жалобно лязгнул о демона.

И в этот момент, уже второй раз за день, подоспела помощь!

В небе над Исполином мелькнул таурен, чья фигура казалась высеченной из самой земли. Его массивное тело двигалось с невероятной мощью, рога сияли, а в руках он сжимал золотистый молот, от которого исходило мягкое сияние.

Таурен взмахнул молотом, и я замер, увидев, как оружие вспыхнуло золотым светом. Из него вырвались десятки призрачных молотов, каждый сиял, словно маленькое солнце.

Они устремились к демону, обрушиваясь сверху вниз, с оглушительным грохотом впиваясь в его массивное тело.

Первый молот ударил в плечо, отрывая пластину, из-под которой хлынула чёрная кровь.

За ним ещё, ещё и ещё!

Они раскалывали броню, словно яичную скорлупу. Бока демона разорвало, куски органической брони разлетелись, обнажая пульсирующую плоть. Демон взревел, его рёв был таким громким, что у меня заложило уши.

Но таурен не закончил.

Он с ужасающей силой обрушил свой основной молот на голову демона.

Удар был так мощен, что воздух вокруг сгустился, но демон успел поднять лапу.

Раздался оглушительный звон, и ударная волна, горячая, как дыхание вулкана, прокатилась по площади.

Давление Исполина ослабло, и я инстинктивно прикрыл лицо локтем, чувствуя, как жар обжигает кожу.

Тварь, воспользовавшись моментом, ударила таурена своей второй массивной конечностью. Тот успел выставить блок.

Удар отправил его в полёт, и он врезался в здание через дорогу, ближе к нам с Катей.

Бетонные плиты рухнули. Я рванулся вперёд, маневрируя между обломков. В последний момент «Рывком» подскочил к Кате и использовал его ещё раз, стараясь вырваться из-под падающих обломков. Мы летели между огромных кусков бетона, один из которых рухнул в метре от нас.

Земля содрогнулась, и ударная волна сбила нас с ног. Мы рухнули вперёд, кувыркаясь в пыли, но выжили.

Тут же поднялись, тяжело дыша, взгляд сам приковался к демону.

Но Исполин не шевелился. Он замер!

Его мерзкая морда, покрытая трещинами и гнойными волдырями, размерами с мой щит, исказилось в жуткой гримасе.

А затем он рассмеялся.

Этот смех… Низкий, гортанный, с хрипами, будто тысячи голосов кричали из глубин ада. Он пробирал до мурашек, заставляя волосы на затылке вставать дыбом. Казалось, само небо содрогнулось от этого звука.

Демон расправил крылья!

Мясные куски отделились от его спины с противным чавкающим звуком. Его глаза вспыхнули алым, и он прогремел голосом, от которого задрожала земля:

— ВСЁ!

С этими словами он взмыл в воздух, его крылья подняли бурю, и он исчез в сером небе, оставив поле боя позади.

Я стоял, не в силах поверить, что он ушёл.

Это же хорошо, правда? Мы выжили…

Но таурен, выбравшись из-под обломков, издал яростный рёв, полный отчаяния:

— НЕТ! НЕТ! НЕ СМЕЙ УХОДИТЬ, ТВАРЬ! НЕЕЕЕТ!

Его голос эхом разнёсся по площади, и я почувствовал неладное.