Почему он так переживает? Демон ушёл, мы живы!

Я посмотрел на Катю, её глаза были полны тревоги. Она тоже не понимала, что происходит.

Ксавир, едва живой, лежал на земле метрах в пятидесяти от нас. Два лекаря, их руки светились мягким светом, пытались стабилизировать его состояние. Лицо исказила гримаса боли, но он дышал.

Пепельный генерал, стиснув зубы, поднялся на ноги. Его глаза, несмотря на боль, остались холодными, будто ничего не произошло.

Я огляделся, пытаясь до конца осознать масштабы того, что только что произошло.

Площадь была усеяна телами демонов и Авалоновцев, монолит всё ещё пульсировал, но гораздо слабее — скверна вокруг него посерела. Он медленно умирал.

Мы справились!

— Женя! — Катя кинулась ко мне, крепко обняла и тут же отпрянула. — Мы сделали это!

Я растеряно кивнул, но ответил:

— И как мы сможем уничтожить главный монолит, если даже побочный стоил нам таких жертв?

— И почему Иггдрасиль не указывает путь к главному? — за моей спиной раздался голос Кости, и я резко развернулся.

— Может, другие команды на планете ещё не зачистили свои монолиты? — предположил вслух.

Таурен, так вовремя пришедший на помощь, подошёл к Ксавиру. Его золотистый молот был покрыт чёрной кровью, а спокойный голос оставался глубоким, как раскаты грома:

— Ксавир, я опоздал. Эта битва… она была напрасной.

Пепельный генерал посмотрел на него так, будто уже всё знал. Его голос звучал хрипло:

— Есть только одна причина, почему демон С ранга может отступить, верно? — он горько усмехнулся.

Таурен опустил взгляд, его массивные плечи поникли.

— Была у меня надежда на то, что ещё есть время. Но когда этот Исполин свалил, то понял… — сказал он и в задумчивости посмотрел куда-то вдаль. В сторону автострады, с которой мы начали наш путь. — … Эта Миссия Провалена.

Глава 22

Я стоял на площади, окружённый обломками и телами, чувствуя, как сердце колотится в груди и не собирается успокаиваться.

Поджал губы, стараясь не показать, как мои руки дрожат от усталости. Чёртово семя! Чёртовые штрафы!

Кровь стекала по разорванному плечу, а каждый вдох отдавался болью в рёбрах после того мощного удара Исполина по щиту.

Мы были на пределе.

Все мы!

Из нашей группы остались жалкие крохи — горстка измотанных героев, чьи лица покрывала пыль, смешанная с кровью и потом. Не больше сотни.

Катя, несмотря на усталость, стояла так же ровно, как и я. Её глаза горели холодной решимостью, хотя я заметил, как мечется её взгляд после слов таурена о провале миссии.

Дэвид, которого только что вытащили из лап смерти, выглядел хуже всех. Его кожа, обожжённая багровым взрывом монолита, всё ещё была покрыта волдырями, хотя зверолюдка с кошачьими ушами исцелила самые тяжёлые раны. Он стоял, чуть покачиваясь, его лицо искажала гримаса боли, смешанной с яростью. Глаза, обычно полные высокомерия, теперь пылали злостью — то ли на демонов, то ли на самого себя. Он молчал, но его сжатые кулаки говорили громче слов.

Макс, рыжий, не выдержал. Его лицо покраснело от гнева, глаза засверкали, как у загнанного зверя. Он шагнул вперёд, к таурену, чья массивная фигура возвышалась над нами, как скала.

— Какого хрена значит «миссия провалена»⁈ — заорал Макс, его голос сорвался в рычание. — Мы убили этот чёртов побочный монолит! УБИЛИ! Мы дрались, как проклятые!!! Что на хрен значит провалена⁈

Таурен даже не повернулся к нему. Его рога слегка качнулись, а глаза, глубокие и спокойные, остались прикованными к горизонту.

Но Таргх не стал терпеть. Он шагнул к Максу и одним движением дал ему такой подзатыльник, что рыжий рухнул лицом в землю, подняв облако пыли.