– Кому платишь? И что за тема? – тут же мертвой хваткой вцепился в собеседника Витек.

– Плачу Казимиру Ростовскому, – спокойно ответил Сапрыкин-младший. – Наверняка слышали. Ваша фирма про всех авторитетных криминалов в курсах. Тема… тема у меня стремная. Но пока катит. Дальше посмотрим. Расскажу, если интересно. Только не по телефону. Мало ли, вдруг у вас труба на кнопке.

– Тема, говоришь? Так чего ж ты, черт немытый, на старика полез, если тема рулит?! – угрожающе процедил Витек, отбросив «комитетскую» сдержанность и снова став самим собой. Наезды у него получались отлично, как в хорошем гангстерском кино. Случалось, особо впечатлительные и хлипкие барыги даже ссались от страха, едва он рот открывал. – Ты знаешь, кто для нас отец Иоанн, лошара?! Да мы ему с девяносто третьего года лавэ на ремонт и роспись храма засылаем! Он всех наших и их родню венчал и отпевал, всех детей крестил! Да за такое тебя на куски порвать мало, понял, прыщ гнойный?!

– Я уже, кажется, сказал – я не знал, что батюшка под вами, – чуть менее решительно напомнил отморозок. – Поэтому готов немедленно вернуть «Ниву» и бабки вместе со второй частью штрафа. Сто штук – по-моему, более, чем достаточно для извинения. Вы сейчас, походу, на московской трассе, по дороге в Питер. Отец вам адрес моей хаты дал, можем не откладывать, а встретиться прямо у подъезда. Скажем… через два часа. Тачка стоит во дворе, без единой царапины. Убедитесь сами. Я вам отдаю ключи и бабки, вы мне расписку. И разбежались, без претензий. Вы нас не знаете, мы – вас. Согласны?

– Ладно, – помолчав, сказал Витек, – перхоть подъяичная, живи. Через два часа у подъезда. Придешь один. И учти, фраер, если вдруг какая лажа, считай, отцу твоему с матерью, дружкам и бабе с выродком пиздец сразу приснился. Тебе – само собой. На Луне найдем и живьем в серной кислоте искупаем. Лейтенант у меня такие забавы очень любит. Всосал, защекан задроченный?

– Да. Спасибо, мужики. Накладок не будет. Не в моих интересах. Извините еще раз, что так вышло, – напоследок вовсе уж пополз на брюхе собеседник Витька, прежде чем напомнить браткам адрес, куда надлежало приехать за деньгами и машиной, и отключиться.

– Похоже, Димыч, сегодня у нас с тобой удачный день, – убрав телефон в карман, Витек закурил и довольно оскалился. – Сто косых, как с куста. Если бы такие сладкие лохи хоть по одному в месяц регулярно обламывались, не жизнь – малина.

– Что-то Фрол не звонит, – напомнил Годзила. – Хотя обещал. Видать Рэмбо не до того сейчас, а шеф такие темы без санкции босса не решает. Что делать будем? Перезвоним, или сами с фраером разберемся?

– Сейчас, погоди, – Витек снова взял трубку. Дождался соединения. Бросил бодро: – Алло, шеф. Тут такая тема, – и в нескольких предложениях нарисовал начальнику охраны Невского ситуацию, не упоминая лишь о полученных в качестве откупного деньгах. Долго слушал ответ, темнея лицом, буркнул короткое «понял» и захлопнул крышку. Нахмурился. Катнул желваки. Глянул на Годзилу и произнес тихо:

– У хозяина большая засада, брат. Аллу ночью убили, секретаршу. Любил он ее, говорят. Прямо в подъезде, суки, подкараулили, прикинь. На Садовой. Дворник сегодня утром в подвале труп нашел. Фрол говорит, на теле живого места нет. Перед смертью ее связали и изнасиловали. А потом расписарили лицо розочкой от бутылки и загнали ее между ног. Сейчас в офисе фирмы менты.