Оставил тела прямо на дороге, здраво рассудив, что тут определённо существует какая-нибудь служба по уборке мертвечины из мест общего пользования, и свалил обратно во дворы.

На всякий случай уковылял с глаз долой, и прилёг на облезлой лавочке у подъезда обшарпанной пятиэтажки без наружного освещения. Процедура простая и привычная — разобрать тело и собрать его заново вокруг души, но на треть менее плотным, используя освободившуюся материю для восстановления конечностей. Да, я всё ещё буду весить как обрубок, и во всех тканях будет на треть меньше клеток, но зато вернётся мобильность и вид не привлекающий внимания.

Всего полчаса и вот я человек-губка — в том плане, что при прежнем объёме во мне стало больше воздуха. Но это ещё не самый худший вариант — помню как восстанавливал тело, имея в наличии только половину головы, из-за чего меня сдувал даже самый лёгкий порыв ветра.

Но ничего — отъелся тогда, отъемся и сейчас!

Чтобы не откладывать в долгий ящик отправился на поиски круглосуточной кормильни, предварительно вернувшись за креслом каталкой и деньгами. Возможно, даже удастся найти ещё несколько приключений на свою бессмертную жопу.

Но, к моему сожалению, город показал себя с самой мирной и дружелюбной стороны. Даже немногочисленные подвыпившие компании, встреченные мной по пути, прямо-таки излучали позитив и веселье.

Офигеть! Да я хрен знает за сколько тысячелетий впервые увидел маленьких детей гуляющих в темноте без присмотра взрослых. Ну не может такая беззаботность сосуществовать рядом с династиями, которые режут друг друга день и ночь! Вон, даже целые дороги под войну выделяют.

Или может? Есть у меня, конечно, пара подозрений на этот счёт, но это не особо важно.

Пеший путь до больницы занял порядком времени, за которое ко мне пару раз успели подойти патрули милиции. Однако, едва они замечали родовой кулон, как тут же теряли всякий интерес и смотрели на меня как на пустое место.

В больничке мне открылась ещё одна интересная деталь — все встреченные в ней редкие люди были родовыми, за исключением персонала. Когда сдавал кресло-каталку в какую-то кладовку, то не постеснялся и спросил об этом у симпатичной, улыбчивой медсестрички, лет двадцати пяти.

— Ну так это поликлиника специально для родовых, — ответила она. — Все семьи отчисляют огромные деньги на здравоохранение. Странно, что не знаешь.

— Я не местный, — с улыбкой развёл руками.

— Поляк что ли? — она прищурилась. — Ну да, вас бедолаг много нынче, после присоединения. Главное привыкнуть, у нас ведь всё по-другому, но зато не такое сволочное отношение к призывателям.

— Это да, — не стал отрицать я. — Может расскажешь какие-нибудь секретики, а я тебя за это ужином угощу?

— Подрасти сперва, ловелас! — она иронично улыбнулась, но всё-таки окинула меня заинтересованным взглядом и благодушно кивнула: — Спрашивай.

— Да я про войну домов уточнить хотел, неужели вам не страшно, когда на улицах происходит резня?

— Шутишь⁈ — она даже слега растерялась. — Ответ уже в самом названии — «Война Домов» это самое популярное ТВ-шоу! Вся страна наблюдает за борьбой династий. Там и интриги, и скандалы, и несчастная любовь, и кровавые сражения… На любой вкус и возраст!

— Фигасе! — я искренне удивился. — Так рейтинг династий это про популярность в телике?

— Ага, — она кивнула и эротично поправила выбившуюся прядку волос. Её взгляд уже оценивающе скользил по моему торсу.

— Тогда ответь ещё на один вопрос.

— Спрашивай, ловелас, — она вновь улыбнулась и облизнула губки.

— Где вся серьёзная преступность? Гулял по городу, и сложилось стойкое ощущение, что никто не знает ни о маньяках, ни о насильниках, ни о похитителях детей.