Опять вернулась к его окну. Пустота. Даже Патрик не возвращался. Для развлечения спустилась на этаж ниже. Там ругалась какая-то пара. Мужик в женщину то и дело тыкал указательным пальцем, а она столь же методично вздымала руки к потолку. Но длилось это недолго. Словно почувствовав, что за ними наблюдают, конфликтующие стороны отправились доругиваться в скрытую от меня часть квартиры.

Этот вечер мне никакой новой информации не принес. Пока я пила чай и кормила Ириску, свет в Герином окне погас. Никудышный из меня детектив. По-видимому, сидеть в засаде — не мой профиль.

Следующим утром я неслась к бульвару «на всех парусах». Мы ведь впервые не просто как бы случайно сталкивались, а заранее договорились о встрече! И это не я ему предложила, а он сам! А разве мужчина станет такое сам предлагать, если женщина ему не нравится? Да никогда! Разве только из каких-нибудь деловых соображений. Но в нашем случае это мало вероятно. Значит, я нравлюсь ему, нравлюсь! От этой мысли у меня дух захватило, и сердце бабочкой запорхало. Неужели нам суждено быть вместе?

Меня ждало полное разочарование. Место нашей встречи было пустынно. Лишь ветер мотал туда-сюда пустой пластиковый стаканчик. Гера явно не торопился меня увидеть. Размечталась, называется!

Разочарование чуть поутихло, когда я увидела, как Гера с Патриком выныривают из-за угла дома. Ноги мои были готовы рвануться к ним. Я с огромным трудом удержала себя и Ириску, и мы как приличные чинные дамочки остались дожидаться на условленном месте. На душе воцарилась тревога. Гера даже не помахал мне издали. И когда подошел поближе, мне стало ясно: сегодня не мой день. Лицо моего принца было сосредоточенно и мрачно. Он даже не дал себе труда улыбнуться. Лишь сухо кивнул.

Пришлось мне проявить вежливость за двоих. Изобразив на лице широчайшую и беззаботнейшую улыбку, я воскликнула:

— Доброе утро! Какой чудесный сегодня денек!

Гера моего мнения явно не разделял и в ответ мне буркнул что-то невнятное. Радость по поводу встречи бурно выражали лишь наши питомцы. Ну хоть кто-то доволен.

Мы в молчании пересекли улицу и побрели по бульвару. Гера словно воды в рот набрал, а я снова мучительно изобретала тему для вежливой беседы. Предатель-язык будто прилип к гортани, а столько всего хотелось спросить! Правда ли он живет один? Кем работает? Что любит есть на завтрак и какие книги читает перед сном? Какую музыку слушает? Любит ли поваляться в постели, когда не надо рано вставать? И еще тысячи подобных вещей, которые жаждет узнать каждая любящая женщина о своем избраннике.

Вопросы вертелись на моем, прилипшем к гортани и пересохшем от волнения, языке, однако я сейчас скорее умерла, чем задала хоть один из них! Это значило бы убить в зародыше наши отношения. Ведь Гера наверняка счел мое любопытство посягательством на свой суверенитет.

И я сочла за лучшее начать с относительно нейтрального:

— Что-то вы, Гера, сегодня такой невеселый?

Он с подозрением на меня покосился.

— Не обращайте внимания. Не выспался. Допоздна работать пришлось.

Вранье! Свет у него погас в районе двенадцати. Хотя, если окна других его комнат выходят во двор… Ох, как бы узнать?

— Ради меня поднялись пораньше? Извините.

— Что вы, что вы, я из-за Патрика, — весьма негалантно отозвался мой кавалер.

Обрадовал, нечего сказать! Иными словами, не попросись Патрик на улицу, я до сих пор торчала бы на углу в Ирискином обществе!

— Давайте договоримся: если вам в следующий раз окажется неудобно со мной встречаться, позвоните. У вас ведь есть мой телефон.

Затаенная моя надежда, что в ответ он хотя бы на всякий случай даст мне свой номер, не оправдалась.

— С Патриком утренний график не нарушишь, он свои интересы строго блюдет, — отмахнулся он.