Света, ловко увернувшись от летящей в ее сторону подушки (при этом так изогнувшись, что я аж залюбовался изгибами: не проходят даром занятия танцами, хоть и не мне бы глазеть на эту красоту, если честно), рассмеялась еще громче.

- Давай, у тебя пять минут. Иначе я все сама съем, - пригрозила эта малявка, предусмотрительно выбежав за дверь, видно прячась от новых метательных снарядов.

А я, так и продолжая улыбаться, первым делом переложил ствол в ящик тумбочки. И только потом побрел в ванную, приводить себя в порядок.Света

Следующие три недели не прошли, а пролетели мимо моего внимания. Я даже не представляла, насколько изменится моя жизнь, когда предложила Кате остаться пообедать за моим столиком. Мы действительно сдружились и теперь проводили вместе чуть ли не все перемены. Особенно большие, когда можно было вволю посидеть и поболтать о всяких мелочах и глупостях за обедом. Мы обсуждали одежду, моду, парней в наших классах и поведение других девчонок. Занятиями танцами, на которые Катя ходила без особой охоты и в основном затем, чтобы после вволю полюбоваться на то, как я мучаюсь на пилоне или стуле, «танцы с которым» нам так же показывала тренер, все еще уставшая от всех на свете. Дело в том, что самой Катерине наши занятия давались не очень просто, и она считала вселенской справедливостью после смотреть на то, как мучаюсь я с непривычным инвентарем и движениями.

В общем, обычные девчачьи глупости.

Обсуждали мы и Катиного отца, который достаточно регулярно давал дочери повод поплакать или просто «возненавидеть» себя. Хотя, несмотря на все ее громкие заявления, я видела, что Катя любит папу и его поступки очень ее ранят. Выросшая в полном обожании мужской части своей семьи, я искренне сочувствовала подруге, но не знала, чем помочь, кроме как отвлечь на те же танцы, или поход в кино. Ну, или по магазинам, преодолевая свой страх перед толпой ради того, чтоб повеселить Катю.

А еще – я приглашала ее к нам домой, вместе с братом. Чтобы познакомить с Сергеем. Это была его инициатива. Или даже требование, если бы мне не показалась такая мысль абсурдной. И все же, Сергей очень настоятельно хотел познакомиться с моими новыми друзьями, а я не видела повода увиливать от этого. Так Катя и Костик (который, кстати, был не менее дружелюбен, чем его сестра и тоже охотно начал со мной общаться), впервые попали к нам. Сергей пообщался с обоими не больше пяти минут, проявив недюжинные познания в современной музыке и увлечениях подростков (ну, он же всегда был моим советчиком и поверенным во всех увлечениях и тайнах), а потом ушел, сославшись на вечные дела и поцеловав меня в макушку на прощание.

И Катя, и Костик восторженно заявили, что у меня клевый дядя, и я не могла с этим не согласиться. После чего они стали частыми гостями в нашем доме (Костик фанател от видеоигр, а у нас имелась какая-то приставка, которой я не пользовалась, купленная Сережей в надежде меня развлечь), Кате же просто нравилась «мирная и спокойная» атмосфера в доме. И хоть Сергей с ними пересекался редко, они каждый раз восхищались тем, что он беспокоится о моих делах и всегда в курсе моих интересов. Я же хоть была и не против поговорить о Сергее, почему-то так ни разу и не призналась новой подруге, что все больше влюбляюсь в собственного «дядю».

Да и он в последние дни вел себя как-то иначе. Не знаю, мне сложно это было даже для себя сформулировать, но словно напряжен все время. Видно снова из-за работы, которой не становилось меньше. Так что, чаще всего, мы виделись с Сережей только за завтраком. Но что меня очень радовало – он не снимал тот браслет, что я подарила. Всегда носил его.