Наверное, именно поэтому я и отпустил ее все-таки в ночной клуб. Несмотря на дурное желание прижать к себе с криком: «МОЕ!». Потому что осознавал, не имею права, не могу сделать ее своей. У Бабочки своя судьба и жизнь. Я же должен лишь уберечь ее и сделать счастливой. Со стороны.

И все-таки, я не лег спать, пока Света не вернулась домой, и пока парни, охранявшие ее, не отчитались мне в подробностях, что все в клубе было нормально и спокойно. Никто к моей Бабочке не приставал, да и она ни к кому интереса не проявляла.

Да, я долбанный придурок. Но только после этого сумел расслабиться и пойти спать, понимая, что успокоила меня информация о ее полном безразличии к окружающим парням.

Моя. Пока еще только моя. Целиком и полностью.Глава 7

Сергей

Я отдавал себе отчет в том, что не могу, не имею права вечно игнорировать все более проступающую проблему изменения наших отношений со Светой. Казалось, Бабочка ощущала себя со мной все легче и свободней. И хоть в ее поведении не было ничего нарочитого или откровенного, я не мог не заметить, что она относится ко мне скорее, как к мужчине, вызывающему ее интерес, нежели как к дяде. Правда при этом наше общение не стало напряженным или сложнее, мы все так же с интересом обсуждали то, что происходило у нее в школе или на танцах, Бабочка охотно рассказывала все о своих друзьях. Однако я был достаточно опытным и искушенным, чтобы замечать ее неосознанные сигналы, к тому же не являлся дураком, чтобы пытаться обмануть себя.

И все же не хотел размышлять над тем, что этому стоит положить конец.

Девочка просто искала себя. Она взрослела, менялась, точно как и ее интересы, желания, потребности. А потеряв всех, Света слишком привыкла опираться и доверять только мне. Вся ее жизнь в последние полгода была связана лишь со мною. Потому, видимо, неудивительно, что и в первой малопродуманной попытке флиртовать с мужчиной, она обратила внимание на меня. Тем более что правда о нашем родстве была Свете давно известна.

Это не что-то серьезное и определенное, я не сомневался в таких мыслях. Просто игра, как «дочки-матери», играя в которую, девочки с детства примеряют на себя образ поведения, который определяет им наше общество. Так и здесь – Света играла во взрослую женщину, которая заигрывала с мужчиной.

Все через это проходят.

Разница только в том, что, чаще всего, первая попытка девушек оканчивается не очень удачно из-за выбора мужчины, чье внимание они стараются привлечь. И такая игра во влюбленность может привести к плачевному результату.

Бабочке это не грозило. Я уберегу ее. Она поиграет и пойдет по жизни дальше, не потеряв ни уверенности в себе, ни веры в чудо. А я… я никогда не попробую получить нечто большее у нее или воспользоваться такой возможностью. Эта девочка была настолько для меня дорога, настолько бесценна, что я наступлю на горло и самому сильному своему желанию или потребности. Ничто не значило для меня больше, чем ее благополучие.

Отойду в сторону, как только она определится с тем, что и кого желает иметь в жизни. Нет, я не пропаду и не брошу Бабочку. Буду присматривать и оберегать ее все то время, которое сумею. Но со стороны.

У нее в будущем десятки вариантов. Таких, что только выбирай. Вся жизнь впереди.

О чем говорить, если уже сейчас Владимир Сидоренко, отец того самого Артема, являющийся далеко не последним человеком в иерархии города и власти, узнав от старшего сына, чья именно племянница новая одноклассница младшего – звонил, интересовался, не думал ли я над вариантом объединить наши семьи и капиталы? Потому как девочка не только Артему понравилась, но и Виталию, его старшему наследнику. «Воспитанная, красивая, без закидонов, которых сейчас у молодых девчонок хватает, без глупостей и ветра в голове».