А настроение-то у него точно улучшилось. Я улыбнулась.

- Может и неудачно. А Артем, кстати, тоже звонил. Решил, что это я из-за его совета к психологу сходить – уехала. Прощения просил. Я его успокоила, что он не при чем. И у меня свои резоны. А у тебя всегда прическа удачная, - добавила я в конце.

Ну, просто, это же правда.

- Бабочка, - Сергей глубоко и протяжно выдохнул. – Ты рвешь мне сердце.

- А ты мне, - ни на грамм не слукавила я.

Он хмыкнул совсем невесело, и мы снова замолчали, слушая в трубке наше дыхание.

- Ты решила, что на Новый год хочешь? - наконец, в очередной раз подведя черту под темой в нашем разговоре, спросил Сергей о празднике, до которого оставалось три недели.

- Решила.

- И?

- Потом скажу, когда вернусь. А ты что хочешь?

- Бабочка, ты же знаешь, я всему рад буду, - добродушно отшутился Сергей.

Я не успела ответить, в дверь в очередной раз постучала бабушка.

– Мне пора. Люблю тебя, - шепнула я в трубку, и разорвала соединение до того, как Сережа начнет напоминать мне, что я должна быть здравомыслящей.

Правда, в последнее время, он все реже давил на это. И я начала питать надежду, что может, есть возможность, что Сергей даст шанс тому, что мы оба чувствуем? Или он просто решил идти от обратного и игнорировать проблему, пока я не устану биться о непробиваемую стену его упрямого решения?

И вот так вот постоянно – я не могла ему не звонить, испытывала радость, разговаривая с Сергеем. Но при этом, каждый раз после разговора – опустошенно гадала, сумею ли убедить его поверить, что моя любовь – не детская глупость?Сергей

За неделю до Нового года

- …! – не то, чтоб я собирался выражаться так, но… - Если ты еще раз так сделаешь, я вырву твои руки из плеч и присобачу совсем в другое место! Усек?!

- Док, может вы ему еще обезболивающего добавите?

Николай попытался удержать меня на месте но, не рассчитав, надавил на раненное плечо. За что получил свою порцию мата. И предпочел отступить под моим разъяренным взглядом. Понимал, что его просчет. Его и охраны. И с каждого я за это спрошу по полной.

- Да он, вообще, от аналгетика отказался, - раздраженно проворчал Жорик, наш врач, из-под своей маски, продолжая ковыряться у меня в мышце своим пинцетом. – Я бы с радостью, мне со смирным пациентом куда проще работать. И быстрее было бы, мышцы расслабились, уже достал бы пулю.

Он скосил на меня намекающий и сердитый взгляд.

Я ругнулся. Меньше всего хотелось сейчас еще и потерять контроль над собой, даже по минимуму. Но как же больно, чтоб его, все правое плечо огнем полыхало. И это было хуже. Сам не дурак, понимал, что надо сделать все как можно аккуратней. В конце концов, я правша, и мне эта рука, ох, как нужна в нормальном состоянии.

- Минимальную дозу, которая возьмет, не больше, - процедил сквозь зубы и привалился затылком и спиной к кафельной спине, ощущая холод, от которого стало даже легче.

Жорик явно повеселел и быстро загремел какими-то ампулками, зашелестел упаковками и через минуту в плечо, которое и так разрывало и пульсировало от боли, вонзилась игла. Я покрепче сжал зубы, про себя обещая Георгию страшную смерть. И без разницы, что сам ему эту клинику спонсировал и прикрывал, чтоб моим «клиентам» было где подлататься, если надо, без того, чтоб попасть в поле зрения правоохранительных служб. Хоть самому тут пациентом довелось побывать впервые.

Вот возьму и повыдергиваю эти грабли, которые он по ошибке руками считает.

Однако на плечо наконец-то наползла морозящая дымка онемения и немного попустило. Жорка, и правда, проворнее завозился в ране и уже через пару минут таки вытащил пулю, звонко бросив ее в лоток. У Николая включился мобильный.

Ощущая, что анестетик подбирается и к голове, хоть и не вырубает, я заставил себя сосредоточиться и требовательно глянул на помощника:

- Есть, поймали, - отчитался он, продолжая слушать отчет ребят в трубке.