Что выищешь в этих болоночьих лириках?!

         Меня вот

         любить

         учили

         в Бутырках.

         Что мне тоска о Булонском лесе?!

         Что мне вздох от видов на море?!

         Я вот

         в «Бюро похоронных процессий»

         влюбился

         в глазок 103 камеры.

         Глядят ежедневное солнце,

         зазна?ются.

         «Чего, мол, стоют лученышки эти?»

         А я

         за стенного

         за желтого зайца

         отдал тогда бы – все на свете.

Мой университет

         Французский знаете.

         Де?лите.

         Множите.

         Склоняете чу?дно.

         Ну и склоняйте!

         Скажите —

         а с домом спеться

         можете?

         Язык трамвайский вы понимаете?

         Птенец человечий

         чуть только вывелся —

         за книжки рукой,

         за тетрадные дести.

         А я обучался азбуке с вывесок,

         листая страницы железа и жести.

         Землю возьмут,

         обкорнав,

         ободрав ее, —

         учат.

         И вся она – с крохотный глобус.

         А я

         боками учил географию, —

         недаром же

         наземь

         ночевкой хлопаюсь!

         Мутят Иловайских больные вопросы:

         – Была ль рыжа борода Барбароссы?—

         Пускай!

         Не копаюсь в пропы?ленном вздоре я —

         любая в Москве мне известна история!

         Берут Добролюбова (чтоб зло ненавидеть), —

         фамилья ж против,

         скулит родовая.