— Пап, откуда ты это узнал? Меня кто-то вломил?

Виктор Николаевич достал из кармана свою губную гармонику и коротко скомандовал:

— К параду, товсь!

Тотчас его американская одежонка превратилась в доспехи Светлого Бога, а глефа Бернадетт чуть ли не упёрлась своим остриём в потолок и весёлым голосом проворковала:

— Доброе утро, юный сэр паладин. Я Бернадетт, глефа вашего отца, сэра рыцаря Вика.

Егор растерянно заулыбался и спросил:

— Пап, значит ты был в том подземелье вместе со всеми?

— Сынок, а где, по-твоему, должен быть магистр ордена, когда его рыцари идут в бой против двух полков демонов? Причём не какой-то там швали, а отборных вояк под командованием самого генерал-лейтенанта Флеврети? Конечно вместе со своими доблестными рыцарями. Тем более, что нас призвал сам Селект.

Бернадетт тут же известила будущего паладина:

— Юноша, сегодня мы с вашим отцом обезглавили этого адского вояку, личного генерал-лейтенанта Вельзевула.

В комнату к сыну торопливой походкой вошла мать и увидев в ней мужа в рыцарском доспехе, воскликнула:

— Виктор, неужели тебя действительно повысили в должности? Ой, а я что-то не слышала, чтобы в российской армии вводятся рыцари. Это какое-то новшество?

Виктор Николаевич строгим голосом сказал жене:

— Мать, отвернись, дай одеться своему сыну-паладину.

Галина Леонидовна вскрикнула:

— Какому такому паладину? Виктор, ты в своём уме? Ему же ещё нет четырнадцати лет, какой из него может быть паладин?

Тем не менее она отвернулась и Егор, быстро схватив со стула джинсы и тенниску, оделся. Виктор Николаевич превратил доспехи в обычную одежду и сняв с головы стетсоновскую шляпу, ещё более строгим голосом спросил:

— Галя, Егор мужчина. Между прочим, я лично знаю фей, которые начали сражаться с нечистью чуть ли не в двенадцать лет и сейчас, когда им нет ещё девятнадцати, уже ветераны. — Тут домовёнок стал вырывать из его рук глефу и он, широко улыбнувшись малому, сказал — Прошка, не спеши, дай мне сначала сотворить в этом доме себе оружейную комнату, после чего ты займёшься моей боевой подругой Бернадетт. А ты не шарь глазами, Галюся, это не то, что ты подумала, а моя рыцарская глефа. Просто в ней живёт душа одной французской девушки. — Он всё же отдал глефу Прошке и тот, взлетев вместе с этой тяжеленной секирой на длинной ручке малинового цвета на письменный стол, уселся на нём, пристроил глефу у себя на коленях и немедленно стал протирать её неизвестно откуда взятой промасленной тряпицей. Виктор Николаевич чего жестом велел жене сесть и строгим голосом спросил сына — Егор, расскажи мне, тебе уже сделала предложение какая-нибудь фея? Если да, то поведай, как её зовут, кто она такая и где живёт.

Егор сел на кровать, понуро опустил голову и ответил:

— Вообще-то мы уже септурма, пап, но у нас пока что не хватает денег на доспехи и боевую машину. А про свою фею, пап, я ничего не могу тебе сказать. Наши ребята и так очень боятся, что… Ну, ты же понимаешь, я же рассказал им о тебе и о том, где ты работаешь. Пойми, я не имею права говорить тебе этого.

Генерал Кваснин улыбнулся и спросил:

— Сынок, а если за меня поручится фея Наташка, Покойник, Таксист и сама фея Барби, наконец, ты согласишься представить своим друзьям вашего преданного соратника, рыцаря Вика? — Не долго думая он набрал он набрал номер телефона Верховного жреца и спросил его — Мастер Селект, я тут только что выяснил, что мой сын уже стал, оказывается, паладином, а мне ничего не рассказал. В общем Сергей, попроси наших ребят, лучше всего фею Наташку, чтобы она дала мне рекомендацию. Сам понимаешь, мне очень хочется познакомиться с его соратниками.