— Я начала верить, что между нами что-то могло быть.

— Любовь? — спросил он с улыбкой. — Разве так уж дурно — признать, что ты меня любишь?

Бронуин, презрительно скривив губы, оттолкнула его руку.

— Любовь! — гневно воскликнула она. — Я говорю о вещах куда более важных, чем любовь между мужчиной и женщиной: доверие, преданность и вера друг в друга.

Стивен недоуменно нахмурился:

— Понятия не имею, о чем ты. Я думал, любовь — это то, чего больше всего на свете нужно женщине.

Бронуин раздраженно вздохнула, но голос остался спокойным.

— Когда ты поймешь, что я не «большинство женщин»? Я Бронуин, лэрд клана Макэрронов, единственная в своем роде. Возможно, большинство женщин действительно считают, что любовь — главная цель в их жизни, но разве мне недостает любви? Мои люди любят меня. Тэм любит меня. Я дружу со всеми женщинами своего клана. И даже с Керсти из клана Макгрегоров.

— А где мое место во всем этом? — сухо осведомился Стивен.

— Я уверена, что мы действительно любим друг друга… по-своему. Я немало пережила, когда Дэйви тебя ранил, и ты часто доказывал, что я тебе небезразлична.

— Спасибо за малые милости, — мрачно буркнул он. — А я воображал, ты будешь рада услышать, что я тебя люблю.

Она вскинула голову, почувствовав, что сердце куда-то покатилось, но говорить об этом не намеревалась.

— Мне нужно нечто большее, чем любовь. Хочу, чтобы меня ценили не только за гладкую кожу и тонкую талию. Хочу… хочу уважения. Доверия и почтения. И не желаю, чтобы меня обвиняли во лжи и ревновали по каждому поводу, а вернее, без повода. Как Макэррон, я должна жить в мире мужчин и не желаю иметь мужа, обвиняющего меня в бесчестных поступках, стоит мне оказаться вне поля его зрения.

Щека Стивена нервно дернулась.

— Значит, я, по-твоему, должен стоять в сторонке и равнодушно смотреть, как мужчины лапают тебя?

— Мужчины? По-моему, мужчина был всего один. Да и то он меня не лапал, разве что дотрагивался. И тебе следовало бы рассудить, что за моими поступками кроется определенная причина.

— Причина? Черт возьми, Бронуин, как я вообще могу о чем-то думать, когда другой касается твоей руки?

Лай Рэба заглушил ее ответ.

Дверь слегка приоткрылась.

— Он не укусит? — спросила Джудит, не сводя глаз с Рэба.

— Ко мне, Рэб, — скомандовала Бронуин. — Он тебя не тронет, если только не набросишься на меня с оружием.

— Я это запомню, — засмеялась Джудит, вытягивая руки. На них лежало платье дорогого темно-коричневого бархата, расшитого толстой золотой нитью. — Для тебя. Одевайся, посмотрим, подойдет ли.

— Как… — начала Бронуин, прикладывая к себе роскошный наряд.

Джудит таинственно улыбнулась:

— Есть тут один ужасный маленький человечек, который работает на Гевина. Тот всегда запирает его в подвале для всякого рода… нескромных вещей. Я решила пустить в ход таланты коротышки. Дала мешочек с серебром, показала, какого ты роста, и потребовала добыть платье, достойное леди.

— Оно прекрасно, — прошептала Бронуин, благоговейно проводя рукой по ткани. — Ты была так добра ко мне, оказала такой теплый прием.

Джудит уставилась на Стивена, стоявшего к ним спиной, и, подойдя, положила руку ему на плечо:

— Стивен, что с тобой? Выглядишь усталым.

Пытаясь улыбнуться, он рассеянно поцеловал ее руку.

— Возможно, я действительно устал, — бросил он и холодно обратился к Бронуин: — Мои братья хотели бы познакомиться с тобой.