Его взгляд был ледяным и жестким.

— Никто не говорил тебе, что долг мужчины вести отряд на защиту своего имущества?

Бронуин пожала плечами:

— Так тебя учили в Англии. В Шотландии все по-другому. С семи лет меня отдали на воспитание, как и моего брата. Меня учили править и владеть, а если придет нужда, то и действовать мечом.

— И ты посчитала, что я не способен вести людей в бой, поэтому сбросила одежду… — он с презрением оглядел ее короткую юбку, — и повела их сама. Считаешь меня таким ничтожеством, что возомнила себя настоящим мужчиной?

— Настоящим мужчиной! — пренебрежительно бросила она. — Это все, что тебя заботит! В прошлый раз ты погнался за похитителями в доспехах! Знаешь ли ты, как потом смеялись Макгрегоры? Говорили, что у Макэрронов лэрд — женщина, а вождь — стальной столб! Ничего, прошлой ночью им было не до смеха! Я вырезала на плече Макгрегора букву «Б».

— Ч-что? — ахнул Стивен.

— Что слышал! — надменно бросила она.

— О Господи! — воскликнул Стивен, нервно проводя рукой по мокрым волосам. — Неужели ты совсем не понимаешь, что такое мужская гордость? Несчастный всю свою жизнь будет носить на плече метку женщины! Он возненавидит тебя и твой клан!

— Ошибаешься! Кроме того, между Макгрегорами и Макэрронами и без того целую вечность ничего нет, кроме ненависти.

— Это не так, насколько я понимаю. Вы просто дразните друг друга. Это скорее игра, чем настоящая война.

— Откуда тебе знать! Ты англичанин, — фыркнула она, принимаясь расседлывать лошадь.

Он положил ей руку на плечо:

— Дай слово, что тебе больше никогда не вздумается меня опоить!

Она дернулась, как от укуса.

— Иногда бывает так, что…

Он схватил ее за плечи и повернул лицом к себе.

— Ты никогда не будешь управлять ни моей жизнью, ни моим разумом. А что, если бы случилась беда и понадобилась моя помощь? Я спал так крепко, что замок можно было бы разобрать по кирпичику, и я ничего бы не услышал! Я не могу жить с той, кому нельзя доверять. И поэтому требую твоей клятвы.

— Я не могу ее дать, — слегка улыбнулась Бронуин.

Стивен с силой оттолкнул ее от себя.

— Я не стану подвергать своих людей опасности из-за глупой девчонки, — спокойно ответил он.

— Девчонки?! Я Макэррон! Под моим началом сотни мужчин и женщин, которые уважают меня и повинуются.

— И слишком часто спускают тебе любой каприз. Ты умная женщина, и у тебя достаточно здравого смысла. Но у тебя недостаточно опыта в сражениях. Тут я могу пригодиться.

— Мои люди не последуют за тобой.

— Последуют, пока я смогу достаточно крепко держаться на ногах, чтобы вести их в бой.

Бронуин продолжала молчать.

— Я просил твоего слова, но поскольку ты отказала, возьму его силой. Если ты еще когда-нибудь вздумаешь опоить меня, я отберу у тебя собаку.

Бронуин удивленно приоткрыла рот.

— Рэб всегда вернется ко мне.

— Нет, если будет лежать на глубине нескольких футов под землей.

Бронуин не сразу сообразила, о чем он.

— Убьешь его? Убьешь мою собаку, чтобы добиться своего?

— Я убью сотни собак и лошадей ради спасения одного человека, все равно, твоего или моего. Их жизни в опасности, если меня нет на месте, чтобы их защитить, и я не могу постоянно опасаться, что моей жене в любую минуту взбредет в голову подлить мне сонного зелья, если не чего похуже. А вдруг она решит меня отравить?! Итак, я достаточно ясно выразился?

— Куда уж яснее! Ты, вне всякого сомнения, с великой радостью прикончишь мою собаку.