Стивен раздраженно уставился на нее:

— Ты, разумеется, видишь только то, что хочешь. Но помни, если любишь это животное, подумай дважды, прежде чем снова приправить мою еду каким-нибудь снадобьем.

Чаша терпения Бронуин переполнилась. Долгая сырая ночь, ужас истории с Алексом, а теперь еще и мысль о потере Рэба довели ее до полубезумия. Она опустилась на колени на мокрую землю, обняла Рэба за шею и зарылась лицом в грубую влажную шерсть.

— Да, я люблю его, — прошептала она. — Вы, англичане, отобрали все остальное, так что ты вполне можешь убить Рэба. Вы убили моего отца и трех его любимых воинов. — Она подняла голову. Непролитые слезы крохотными алмазиками переливались в глазах. — Почему бы тебе не забрать Рэба? А заодно и Тэма? И сжечь мой дом, чтобы уже ничего не осталось?

Стивен покачал головой и протянул ей руку:

— Ты устала, голодна. И сама не знаешь, что говоришь.

Не обращая внимания на протянутую руку, она встала. Стивен вдруг схватил ее и сжал в объятиях, словно не замечая попыток освободиться.

— Тебе никогда не приходило в голову, что ты меня любишь? Ах, будь это так, мы навсегда забыли бы о ссорах.

— Как можно любить человека, которому нельзя доверять? — вырвалось у нее.

Стивен не ответил. Только продолжал прижимать ее к себе, прислонившись щекой к ее мокрым волосам.

— Вот-вот снова начнется дождь. До ближайшего дома еще несколько миль.

Он отодвинулся, и Бронуин показалось, будто ему очень грустно. Однако она немедленно отмахнулась от столь вздорных мыслей и вскочила в седло.

Глава 8

Во второй половине дня Стивен остановился у старого каменного дома. Задняя стена вросла в маленький холм, крыша покрыта дерном. Как и предсказывал Стивен, дождь пошел в тот момент, когда одежда Бронуин начала просыхать.

Она натянула поводья, но не спешилась: слишком устала, чтобы пошевелиться. Стивену пришлось снять ее с седла.

— Голодна? — пробормотал он и понес ее в дом.

Земляной пол был теплым, потому что в очаге горел торф.

У стены стоял стул, и Стивен усадил на него жену:

— Останься здесь, пока я присмотрю за лошадьми.

Она была совсем измучена и так и просидела не шевелясь, пока он не вернулся.

— А я думал, вы, шотландцы, народ стойкий, — поддел он и рассмеялся, когда она немедленно выпрямилась. — Иди сюда, смотри, что у меня есть!

Он открыл шкафчику противоположной стены и стал вынимать еду. Горшок с теплым, божественно пахнувшим рагу, черный хлеб, рыбу, суп и овощи.

Бронуин чувствовала себя как во сне. Медленно встав, она побрела к Стивену. Она действительно изнемогала от голода, но когда потянулась к сочному куску жареной свинины, Стивен отодвинул от нее блюдо.

— У всего этого есть цена, — тихо заметил он.

Сжав кулаки, она поднялась, но Стивен, поставив блюдо, схватил ее за плечи:

— Что с тобой? Неужели у Тебя нет ни капли чувства юмора?

— Нет, особенно когда речь идет об убийце-англичанине, — сухо процедила она.

Стивен притянул ее к себе.

— Ты по крайней мере последовательна, — шепнул он, гладя ее щеку. — И что, по-твоему, я потребую за еду?

— Наверное, клятву верности от меня и моих мужчин, что мы будем сражаться за тебя, даже если ты потребуешь от нас поднять оружие против своего народа, — бесстрастно бросила она.

— Господи Боже! — завопил Стивен. — Каким же чудовищем ты меня, должно быть, считаешь! Нет, я запрошу куда дороже. Один поцелуй, за который мне не придется с тобой бороться!

Первым порывом Бронуин было объяснить, что он может сделать со своей едой и своими поцелуями.