— Дубов, как самочувствие?

— Вроде неплохо.

— Вот и славно. А то к вам тут уже очередь выстроилась.

— Очередь? Из кого?

— Не знаю, кем они все вам приходятся, но больше похожи на разномастный гарем. Тогда я их впускаю и оставляю вас в клубничном обществе.

Он прошёл через лазарет к двери и открыл её. В итоге фельдшера чуть не снёс серо-буро-малиновый вихрь! Точнее, зелёно-голубо-бронзовый.

Мою койку, точнее, две сдвинутых койки, облепили Агнес, Василиса, Лакросса и… Лариса Викторовна? Она-то здесь что делает?

— Я так и не поблагодарила тебя за спасение! — гоблинша сразу бросилась мне на шею, осыпая губы и щёки поцелуями, а затем крепко обняла. Довольно сильно причём!

— Дубов, ты так долго пропадал, — говорила Лакросса, встав так, чтобы мой локоть касался её голого бедра. Сегодня она была в туго обтягивающих и в очень коротких шортиках. — Я решила, что ты решил продинамить меня на все три свидания.

— Девушки, не наседайте, Николаю нужен отдых, — попыталась остановить их Лариса Викторовна, встав в ногах. Одетая в чёрный костюм с белоснежной блузкой, через которую просвечивало соблазнительное бельё тоже чёрного цвета. Несколько верхних пуговиц были расстёгнуты, а волосы уложены в элегантную причёску с заколкой.

— Нет уж, — строго заявила княжна, — я мёрзла две недели! И сейчас… апчхи! Наконец, согреюсь.

А я молчал, с содроганием ощущая, как побочный эффект зелья подступает. Тот же самый, блин!

Онежская быстро скинула с себя одежду, оставшись в утеплённом белье, и тут же забралась ко мне под одеяло. Крепко обняла руку. Ну вот за что мне всё это? Где я провинился? Так, стоп! Какие две недели?

— Две недели? Меня не было две недели?

— Ну да, — хором ответили все четверо. Агнес, кстати, тоже изменила свой внешний вид. Привычный комбинезон сменила на кожаную куртку с подкладкой и джинсовые шорты, которые обтягивали её прелестную зелёную попку. А на ногах короткие кожаные сапожки.

— А сколько прошло по-твоему? — спросила Лариса.

Я почесал голову. Воспоминания перепутались и как-то смешались.

— Пару часов, — ответил я и вкратце пересказал, что помнил.

Агнесс присвистнула на том месте, где упоминалось о наёмнике, который мог делиться. А Лакросса завистливо закусила губу, когда я упомянул, как зубастая ракушка подавилась мной. А ещё я помнил, как меня тащат по воздуху, привязав к аэроплану! Ничего, я им это ещё припомню…

— Тёплый… — сладострастно простонала княжна и потёрлась щекой о моё плечо. Я аж вздрогнул.

— Любопытно, — Лариса задумалась и ухватилась рукой за отворот блузки, оттягивая его.

Вид открылся просто божественный! А я положил руки сверху на одеяло, чтобы сдержать растущую гору.

— Значит, в глубоком Инсекте скачкообразно меняется восприятие времени индивидуумом. — продолжила женщина, — Поэтому ты и не упомянул в рассказе своё возвращение. Для тебя оно пронеслось, как один миг. Я думаю, всё дело в обмене веществ. Твой Инсект полностью поглотил твоё тело, практически превратил тебя в дерево, а у них обмен веществ гораздо медленнее, чем у людей. Поэтому тебе не требовалось дышать, и организм медленно перерабатывал тот кислород, что оставался в твоей крови, когда ты превратился. А если обзаведешься листьями, то сможешь проводить реакцию фотосинтеза! Шучу, но кто знает… Когда вернёшь себе силы, пожалуй, проведём с тобой пару экспериментов, — Лариса взглянула мне в глаза и подмигнула украдкой. Видимо, эксперименты будут двух типов: сексуальные и не очень. — А о странном наёмнике не забудь рассказать директору, он обещал зайти завтра утром. Да, и полиция наверняка этим заинтересуется.

— Сам к ним схожу.