Князь замер, боясь пошевелиться. Спина тут же взмокла от пота, ладони непроизвольно сжались в кулаки. Понадобилось несколько долгих секунд, чтобы взять себя в руки.

— Господин Тарантиус… — глухо произнёс Деникин. — Чем обязан?

Голос хохотнул.

— Всем.

Щёлкнул выключатель торшера на длинной ножке, и зажглась тусклая лампочка. Но от её света тьма в комнате, наоборот, сгустилась. Казалось, что она теперь повсюду, и остался лишь островок жёлтого света где-то очень далеко. Князь будто тонул в трясине, отдаляясь от огонька.

— Скажите, князь, — снова зазвучал голос откуда-то из темноты. — Всё ли готово к мятежу? Помнится, вы должны были наладить контакты с нашими зарубежными партнёрами.

Князь вдруг понял, что он устал бояться. Тарантиус всегда держал слово, так что его сын, скорее всего, уже мёртв. Из-за Дубова. И по телу Светлейшего разлилось ледяное спокойствие и стальная ярость.

— Всё это больше не имеет значения, Тарантиус. Я начну мятеж тогда, когда посчитаю нужным. Сейчас неподходящее время, а вы больше не будете говорить мне, что делать. Единственным вашим рычагом влияния был мой сын.

— В самом деле «был»? — Тьма будто отступила от островка света. Показалось кресло, в котором кто-то сидел, но его лица не было видно из-за балахона. Лишь бледный подбородок. — Я не идиот, чтобы лишать вас такой хорошей мотивации работать. Ваш сын жив и даже пришёл поздороваться.

В круг света вошёл высокий юноша и встал за спинкой кресла. Вот только Светлейший князь с трудом узнал в существе своего сына Юрия. Большую часть его тела покрывала чёрная материя, похожая на стекло. Она переливалась и изгибалась, порой в ней вспыхивали огненный всполохи фиолетового цвета. Только грудь и часть лица остались нетронутыми. Но бледную кожу испещряли сетки тёмных вен, а в глазах существа не было ничего. Только пустота.

— Я взял на себя смелость немного улучшить его. Дубов недавно овладел своим Инсектом в полной мере и теперь с каждым днём будет становиться всё сильнее. Обычному человеку, даже наделённому даром, одолеть его не под силу.

— Верните мне сына, — прохрипел князь, — и я завтра же принесу голову полукровки на блюдечке.

— Нет. Дубов больше не ваша забота, — отвечала фигура в кресле. Секунду назад это казалось невозможным, но голос Тарантиуса стал ещё холоднее. Он буквально обжигал льдом. — Забудьте о нём. Теперь у меня на него другие планы. Сконцентрируйтесь на вашей задаче, и тогда ваш сын к вам вернётся. Правда… не могу сказать, что изменения не коснулись его разума, но, поверьте, это по-прежнему малыш Юра.

Стеклянное существо сжало руку в кулак, чёрные пальцы издали тихий, угрожающий скрежет.

Князь моргнул, и комната приняла прежний вид. Кресло опустело, его сын исчез, оставив в груди отца лишь глубокую горечь и бесконечный страх.

* * *

Лес недалеко от Императорского дворца

Сейчас

Николай

Летел я недалеко и недолго. Зато, наверняка, очень красиво и художественно. Пока мой полёт не остановило дерево, крепко приложив меня по затылку. Аж звёздочки в глазах засверкали. Когда они исчезли, я увидел высокого человека с чёрными ногами и торсом. Странный материал не то одежды, не то какой-то новой брони мерцал и переливался всполохами фиолетового огня. Он лишь мельком глянул на меня. Нижняя половина лица тоже скрывалась за чёрной маской. Хотя выглядела она как часть тела.

Что за чёрт? Кто это такой?

Вдруг рука нападавшего превратилась в чёрный клинок. Он размахнулся и собрался вонзить его в салон стоявшей рядом машины. Свет фар вырывал из темноты кусок асфальта и причудливые деревья.

Я вскочил на ноги и понял, что не успеваю.