«Да падёт небо на головы этих проклятых русских! Их коварство не знает предела!» — успел подумать Бурак, пытаясь воздвигнуть каменный купол. Вдруг, всего на миг, перед ним появился человек с тонким мечом и тут же исчез. Бурак не успел разглядеть его в темноте. Увидел только серые глаза, а потом схватился руками за распоротое горло.

Через минуту всё было кончено.

* * *

Баня Пятигорской академии

Сейчас

Николай

Я открыл глаза. Проблема не исчезла. Хотя чему я удивляюсь? Это же банда проблемных женщин, они их создают каждый день и не по разу!

Девушки побросали веники и стали забираться на лавки, потому что корни дриады ползли к ним по полу. Вряд ли намерения у них были добрые. Пришлось сесть, чтобы всем хватило место, и деревянные полки застонали от нашего веса. В основном, правда, от моего.

Тем временем зелёные побеги забрались на потолок и проросли вниз. Спрятали за собой светильники, и парную окутал зеленоватый полумрак. Вскоре и Маша окончательно заросла так, что мы больше не могли её видеть. Знали только, что она где-то там.

Корни и стебли оставляли нам всё меньше пространства, прижимая к печке. Её они не трогали — видимо, слишком горячая.

Эх, блин, придётся руками эти сорняки вырывать.

— Ай! Оно колется! — отдёрнула ногу княжна от очередного побега и, шевеля задницей, перебралась ближе к мне.

«Маш, ты там как?» — я мысленно обратился к дриаде.

«Я? Я… н-нормально. Но ничего не вижу».

«Ладно, я сейчас буду рвать эти побеги. Если будет больно, придётся потерпеть».

«Я выдержу!»

Как скажешь, Мария, как скажешь.

Я спрыгнул на ещё свободный кусок пола и схватил охапку спускавшихся с потолка стеблей. Собрался рвануть и в последний момент ощутил нечто очень странное. Как будто со мной пытался поговорить маленький лес.

«Кажется, оно живое», — сообщил я дриаде.

«Ясен пень, оно живое! Из меня же растёт!» — прозвучал в моей голове её возмущённый ответ.

Я закрыл глаза и сосредоточился. Использовал магическое зрение и… обомлел. Цвет магической ауры дриады был зелёным. А цвет побегов — бирюзовым! Словно это отдельное существо. Но… Как это возможно?

Поделился своими наблюдениями с Марией.

«Не поняла», — отвечала она.

— Коля, мы тут сейчас зарастём! — в отчаянии крикнула княжна.

— Какая же ты тяжёлая… — простонала Лакросса.

— Да как ты смеешь… Я тебе не Вероника! — паниковала Василиса.

А синеглазка отвечала:

— Я тут вообще ни при чём!

Я оглянулся на эти ходячие проблемы и зыркнул так, что они сразу замолчали. И замерли в очень странной позе. Все они забрались на самую верхнюю полку, внизу сгрудились Лакросса, Вероника и Агнес, прижимая к себе ноги, а сверху на них пыталась залезть княжна. Вокруг все было в побегах. И мои ноги тоже. Они пытались проколоть мою кожу, но, к счастью, у огров она толстая.

«Чёрт его знает, как ещё это можно объяснить, — отвечал я дриаде. — Но эти побеги обладают разумом. Или зачатками разума. Что-то вроде Инсекта».

«Инсекта? Ты уверен?»

«Да. Сама посмотри».

На какое-то время дриада замолчала, а потом воскликнула:

«Это… Это невозможно! Я думала… но ведь семьсот лет прошло! Коля, прошу… Не убивай его!»

«И не собираюсь, если получится договориться».

Странно, что она сказала «его». Как это понимать? Ладно, потом разберёмся.