— Нет еды вкуснее, чем та, что приготовлена собственными руками, — говорил он.

И, как он дополнял позже: не только для себя, но и для тех, кому ты готовишь. Это казалось мне сущей глупостью, пока я, рецепт за рецептом, не начал осваивать готовку. Что-то в этом было медитативное и успокаивающее.

А успокоиться мне бы сейчас не мешало. В голове роились мысли, сталкивались и искрили. Если я возьмусь за них прямо сейчас, то они скоро начнут друг другу мешать. Нужно время, чтобы буря в голове устаканилась. И какое-то медитативное занятие, которому никто не будет мешать своими прекрасными голыми телами.

— Тренировочная комната готова? — спросил я Марину, когда все девушки уже уселись за стол и начали за обе щёки уплетать еду. Проголодались за время нашего маленького приключения.

— А? — не сразу поняла баронесса Морозова вопроса, посасывая ножку запечённой птицы. — А! Да, почти. Ещё не все тренажёры привезли, но в целом всё готово. Комнату для спаррингов уже можно использовать.

— Отлично, — сказал я, запивая мясо красным сухим вином, — тогда завтра начинаете тренировки.

Девушки застыли с ложками, вилками и кусочками еды у рта.

— Коль, а нельзя было подождать, пока мы поедим? — сумрачно спросила Лиза. — Такие новости легче воспринимаются на полный желудок.

— Господин, а как же зелье? — удивилась Вероника. — Вы же хотели заняться им сразу, чтобы к Новому году приготовить.

— Зелье немного подождёт. Мне нужно пару дней, чтобы разобраться с одним дельцем. А вы пока будете тренироваться! В награду угощу ухой.

— Ладно, уговорил, — благосклонно кивнула пепельная блондинка.

Как будто у неё был выбор. Ладно, пускай думает, что был. Иногда такие иллюзии тоже нужны.

— Не беспокойтесь, девочки, — подала голос самодовольная графиня, — я отдохну за вас троих. К тому же я ещё не всё поместье осмотрела…

— Вот и осмотрите, Ваше Сиятельство, — хитро улыбнулся я. — И начнёте с тренировочной комнаты.

— Ч-ч-чего? С чего это я должна тоже тут на задних лапках перед тобой прыгать? — возмутилась рыжая чертовка.

Кстати, на ней было простое свободное платье с небольшим декольте. С цветочками. Выглядела она в нём по-домашнему. А вкупе с рыжими волосами напоминала о лете.

— С того, что это мой дом, и халявить в нём не принято.

— Это традиция дома Дубовых, госпожа Вдовина, — с учтивым поклоном вклинился в разговор старый слуга Петрович.

Он ещё моего деда застал и всех его жён. Петрович поставил в центр стола поднос со сладким десертом. Шарики мороженого исходили паром в теплом воздухе столовой.

— Если не нравятся мои правила, графиня, — продолжал я, — вы всегда можете скакать на задних лапках снаружи. За пределами поместья.

За окном как раз было темно и завывала метель.

Графиня, проследив за моим взглядом, скривилась.

— Не переживайте, Ваше Сиятельство, — прочавкала Вероника, кушая большой ложкой мороженое. И довольно неаккуратно, потому что оно стекало у неё по подбородку. — У господина очень вкусная уха! Стоит любой самой тяжёлой тренировки.

— А ты, Вероника, и ты, Лиза, будете за главных. У вас есть опыт тренировок с Сергеем Михайловичем и со мной — вот и покажете, что надо делать.

— Так точно, господин! Ой! — шутливо отдала честь синеглазка. Только забыла, что в руке ложка, поэтому заехала ею себе по лбу.

— Посмотрим, чему вас научили в Пятигорской академии, — прищурилась Марина.

Да, она-то училась, кажется, в Преображенской. Элита и всё такое.