Оркесса пронзила меня гневным взглядом и выдала какую-то длинную тираду, от ярости содрогаясь связанным телом. Очень эротично связанным, кстати. Но кляп во рту перевёл её слова примерно так: бу! Бу бу бу! Бу бу! Бу! До Аслана тем временем частично дошёл смысл моего предложения:

— А… А чё, так можно было, что ли⁈

— Да, вполне.

Аслан бочком пошёл мимо меня, волоча за собой Лакроссу. Получалось не очень. Кажется, он всё ещё отчаянно тупил, поэтому я решил напрямую высказать ему вторую часть моего предложения.

— Только есть одна маленькая деталь.

Он замер.

— Это какая же?

— Тебе ведь всё время придётся быть с Лакроссой. Как думаешь, сколько ты проживёшь в таком случае? Я ведь буду тебя преследовать. Да все будут тебя преследовать. Вряд ли твои наниматели простят, что ты не выполнил заказ.

Аслан думал. Отчаянно думал. Я видел, как его глаза бегают из стороны в сторону, словно смотрят на разные дороги, но в завершении каждой из них видят одинаковый конец. Весьма большой и толстый. Постепенно до него дошло, что его судьба полностью в моей власти.

— И… и что мне тогда делать? Отпущу её и умру, не отпущу — тоже.

Я пожал плечами.

— Урони девушку.

Оркесса опять попыталась сказать что-то не очень приятное. Но кляп ей никто не вытащил. И я, наверно, тоже не сразу вытащу.

— Что?

— Урони её. Да посильнее, а потом беги. У тебя будет время, пока я её ловлю, развязываю, ищу зелья маны, чтобы тебя преследовать. Ты местный, наверняка, затеряешься в горах. И чем быстрее это сделаешь, тем больше шансов, что я не передумаю.

Аслан взглянул на меня. В этот раз его мыслительный процесс прошёл быстрее. Бегающие глаза отыскали дорогу, в финале которой увидели конец не такой большой и не такой толстый.

Бывший главарь наёмников толкнул девушку и одновременно бросил в меня нож. Видимо, решил, что так ещё сильнее меня задержит. Нож вонзился в дубовую грудь, а Лакроссу я поймал руками, отозвав Инсект. Тут же отметил спортивную и весьма приятную упругость её мышц. Выдернул клинок из дерева и вспорол верёвки на её руках. За это время Аслан успел почти добежать до двери. В тишине, которая почти оглушала после бесконечной пальбы, хлыстом щёлкнул выстрел. Аслан упал и больше не пошевелился. Быстро умер, как я и обещал, хоть и без моего участия.

— Бесполезный… кусок… дерьма, — медленно произнёс ядовитый голос.

Я попытался оглядеться, но ничего за кругом света от лампы не увидел. Щёлкнул ещё один выстрел, и лампочка осыпалась веером искр. Когда глаза привыкли к темноте, на вершине башни из ящиков я разглядел красивого юношу с белыми волосами и в приталенном зелёном костюме с золотым, кажется, узором, который поблёскивал в слабых лучах рассвета.

Человек что-то держал в вытянутой руке. Когда понял, что, точнее, кого он держит, я скрипнул зубами в бессильной злобе. Цепляясь кончиками ботинок за краешек деревянного ящика, в вытянутой руке ублюдка на семиметровой высоте трепыхалась Агнес.

Глава 22

У гоблинши руки были связаны за спиной. Если она упадёт на бетонный пол, то даже не сможет смягчить падение, и её маленькое тельце сломает собственную шею. Я очень не хотел такого исхода для Агнес, но прямо сейчас поделать ничего не мог. Смазливый ублюдок застал меня врасплох. Но ему об этом знать не надо.

— А ты ещё кто такой?

Вместо ответа, он направил пистолет на меня и выстрелил. Я успел закрыться деревянной рукой, и пуля застряла в дереве. Да, таких во мне много позастревало. Даже боюсь представить, какая боль меня ждёт, когда мана кончится.

— Чёрт тебя дери, Дубов! — взвизгнул юнец, отчего Агнес дёрнулась, и одна её нога оторвалась от ящика.