Изменить размер шрифта - +
Перрин помнил, как раздробил шею Латина зубами, и как ему в рот брызнула тёплая кровь - будто он впился зубами в спелый фрукт. Это воспоминание принадлежало Прыгуну, но в том бою Перрин не мог отделить себя от волка.

- А потом? - повторила Моргейз, понуждая солдата продолжить.

- А потом началась схватка, - сказал Байар. - Из теней выпрыгнули волки, а Айбара на нас напал. Он двигался не как человек - он был похож на рычащего зверя. Мы справились с ним и убили одного волка, но перед этим Айбара сумел убить двоих Детей Света.

Байар сел. Моргейз не стала задавать вопросов. Она повернулась к другому Белоплащнику, который встал вместе с Байаром.

- Я мало, что могу дополнить, - произнёс тот. - Я там был, и помню, что всё было именно так. Я хочу уточнить, что в момент, когда мы захватили Айбару, он уже был признан виновным. Мы собирались его…

- Тот приговор не имеет отношения к данному разбирательству, - холодно произнесла Моргейз.

- Хорошо, тогда учтите мои слова как свидетельские показания. Я тоже всё это видел собственными глазами. - И лысый Белоплащник занял свое место.

Моргейз повернулась к Перрину.

- Ты можешь говорить.

Перрин медленно встал.

- Эти двое сказали правду, Моргейз. Примерно так всё это и случилось.

- Примерно? - переспросила Моргейз.

- Он почти точен.

- Твоя невиновность или вина висит на этом «почти», лорд Айбара. Это та мера, по которой тебя будут судить.

Перрин кивнул.

- Да, верно. Скажите мне одну вещь, Ваша милость. Когда вы вот так кого-то судите, пытаетесь ли вы понять части, из которых он состоит?

Она нахмурилась.

- Что?

- Человек, у которого я работал и у которого учился кузнечному делу, преподал мне важный урок. Чтобы создать нечто, нужно понять его суть. А чтобы что-то понять, нужно знать, из чего оно сделано. - Прохладный ветер продувал павильон насквозь, шевеля плащи присутствующих. Снаружи, с поля, доносились приглушённые звуки: люди потягиваются в доспехах, лошади переминаются с ноги на ногу, кто-то кашляет, и время от времени раздается шёпот - слова Перрина передают от шеренги к шеренге.

- Недавно я кое-что понял, - продолжал Перрин. - Люди сделаны из целой кучи различных кусочков. Кто они - зависит от того, в какой ситуации вы их видите. Я замешан в убийстве этих двоих людей. Но чтобы понять, вы должны увидеть, из чего я состою.

Он встретился глазами с Галадом. Молодой командир Белоплащников стоял совершенно прямо, сложив руки за спиной. Перрин жалел, что не чувствует его запаха.

Он повернулся обратно к Моргейз.

- Я могу разговаривать с волками. Я слышу их голоса в моей голове. Я понимаю, что это звучит как признание безумца, но я подозреваю, что многие в моём лагере не удивятся, услышав это. Будь у меня время, я мог бы это доказать, с помощью местных волков.

- В этом нет нужды, - сказала Моргейз. От неё запахло страхом. Шепотки солдат стали громче. Перрин почуял запах Фэйли. Беспокойство.

- И эта моя особенность, - продолжал Перрин, - часть меня, как и умение ковать железо. Если вы из-за этого собираетесь вынести мне приговор, вы должны сначала это понять.

- Ты сам роешь себе могилу, Айбара, - воскликнул Борнхальд, вставая и указывая на него. - Наш Лорд Капитан-Командор говорил, что не сможет доказать, что ты Приспешник Тёмного, но ты обвинил себя сам!

- Это не делает меня Приспешником Тёмного, - ответил Перрин.

- Цель этого суда, - твёрдо сказала Моргейз, - не в том, чтобы доказать это голословное обвинение. Мы определим, насколько Айбара виновен в смерти двоих людей, и ничего более. Вы можете сесть, чадо Борнхальд.

Рассерженный Борнхальд сел.

- Я всё ещё хочу услышать слова в твою защиту, лорд Айбара, - сказала Моргейз.

- Я открыл вам, что я такое и что я делаю, чтобы показать, что те волки были моими друзьями.

Быстрый переход