Внезапно она почувствовала себя идиоткой, отчего всё ощущение одержанной победы испарилось.

- Прости, - сказал Гавин, закрывая глаза, - за то, что тебя не послушался.

Он терял сознание.

- Всё хорошо, Гавин, - сказала она, смахивая слёзы. - Я свяжу тебя узами. Это единственный выход.

Он слегка сжал её руку.

- Нет. Если только… ты сама не хочешь…

- Дурачок, - ответила она, готовя плетение. - Ну, конечно же, я хочу, чтобы ты стал моим Стражем. И всегда хотела.

- Поклянись.

- Клянусь. Клянусь, что я хочу, чтобы ты стал моим Стражем и моим мужем. - Она положила руку на его лоб и наложила подготовленное плетение. - Я люблю тебя.

Он охнул. Внезапно она почувствовала все его эмоции и его боль, словно сама стала частью него. И в ответ, она была уверена, он ощутил всю искренность её слов.

Перрин открыл глаза и глубоко вздохнул. Он плакал. Разве люди плачут во сне? В обычном сне?

- Хвала Свету, - произнесла Фэйли. Он увидел, что она и ещё кто-то стоят на коленях рядом с ним. Масури?

Айз Седай сжала его голову руками, и Перрин почувствовал омывший его тело пронизывающе ледяной холод Исцеления. Раны в ноге и на груди затянулись.

- Мы пытались Исцелить тебя, пока ты спал, - объяснила Фэйли, положив его голову себе на колени. - Но Эдарра нас остановила.

- Этого нельзя было делать. Всё равно ничего бы не получилось, - послышался голос Хранительницы Мудрости. Перрин слышал, что она где-то в шатре. Он несколько раз моргнул. Он лежал на своей походной койке. Снаружи было сумрачно.

- Прошло больше часа, - сказал он. - Вы уже должны были уйти.

- Ш-ш, - произнесла Фэйли, - Врата снова заработали, и уже почти всех переправили. Осталось всего несколько тысяч солдат, в основном двуреченцы и айильцы. Ты что же думал, что они или я уйдём, бросив тебя здесь?

Перрин сел, вытерев мокрый от пота лоб. Он попытался мысленно заставить его исчезнуть, словно до сих пор находился в волчьем сне. Конечно же, у него ничего не вышло. Эддара стояла за его спиной у дальней стенки шатра. Она внимательно его изучала.

Он повернулся к Фэйли:

- Нам нужно уходить, - сказал он хрипло. - Губитель не действует один. Готовится ловушка, возможно, целая армия. И кто-то ещё с этой армией. Они могут напасть в любой момент.

- Ты можешь стоять? - спросила Фэйли.

- Да.

Он чувствовал слабость, но с помощью Фэйли справился. Зашелестела створка шатра, и внутрь вошла Чиад с наполненным водой мехом в руках. Перрин с благодарностью принял его и отпил. Вода утолила его жажду, но жгучая боль внутри не унялась.

«Прыгун…»

Он опустил мех. В волчьем сне смерть была окончательной. Куда направится его душа?

«Мне нужно продолжать идти вперёд, - подумал Перрин. - Нужно переправить людей в безопасное место».

Он подошёл к выходу из шатра, уже гораздо лучше держась на ногах.

- Я вижу твою печаль, муж мой, - произнесла последовавшая за ним Фэйли, накрыв своей ладонью его руку. - Что случилось?

- Я потерял друга, - тихо ответил Перрин. - Во второй раз.

- Прыгун? - от неё повеяло страхом.

- Да.

- О, Перрин. Мне жаль, - нежно произнесла она, выходя наружу. Их шатёр стоял в одиночестве посреди луга, на котором прежде был лагерь его войска. На пожелтевшей и бурой траве ещё были видны следы палаток и протоптанные до глины перекрещивающиеся тропинки. Это было похоже на план города: выделенные под возведение зданий кварталы, проведённые линии, которым суждено было стать улицами и дорогами. Вот только в нём почти не осталось людей.

Рокочущее небо было тёмным. Чиад принесла фонарь, чтобы осветить участок травы перед ними. Неподалёку ожидало несколько отрядов солдат.