– Хайелу не понравится, если мы превратим его солдат в строителей, – меняет тему Клеррис.

– Так ведь нам особо выбирать не приходится, – откликается Креслин, снова всматриваясь в черновые наброски. – Да и ему тоже.

– Ты сам ему это скажешь?

– А кто же еще?

– Ну конечно, – встревает Мегера. – Разве мой суженый упустит возможность показать, кто здесь главный?

– А тебе не кажется, что это не совсем справедливо? – замечает Клеррис.

– Ничего подобного. Мужчины таковы от природы... По большей части.

Клеррис молча разворачивает бумаги. Креслин морщит лоб, вид у него отсутствующий.

– Нам потребуются и деревья. Ты сможешь раздобыть саженцы?

– Деревья?

Загорелый юноша с серебряными волосами и недавними мозолями на руках кивает.

– Да. В Сарроннине воду спускают с гор по акведукам...

– Креслин...

– Он где то в другом месте, – ворчит Мегера. Отвернувшись от юноши, она смотрит в узкое окно, на волнующееся за молом море.

LXXV

– Ты хочешь, чтобы они... мы... таскали камни и бревна, как простые работники? – ошарашено переспрашивает командир гарнизона.

– Я хочу, чтобы твои люди отрабатывали свое жалование, – заявляет Креслин. – Им это пойдет на пользу.

Рука Хайела тянется к мечу.

– Даже ты не посмеешь...

– Твоим людям что, нравится питаться одной рыбой? – не дает ему договорить Креслин. – И получать сушеные фрукты в количестве, достаточном, только чтобы не заболеть цингой? Им нравится жевать лимонные корки, чтобы не повыпадали зубы?

Раздражение на лице долговязого капитана стражей сменяется недоумением.

– Конечно нет...

– Фэрхэвен не захочет больше терять суда. Белые не тронут корабли герцога и не станут препятствовать переправке сюда переселенцев. Другое дело, что всякий, кто заведет торговлю с нами, потеряет права на торговлю с Фэрхэвеном, а на риск лишиться из за наших медяков золота Белых магов пойдут лишь немногие контрабандисты. Однако я не удивлюсь, – если к концу года наше население увеличится душ на пятьсот, и к этому нужно подготовиться. Нынешняя башня мала. Нужна настоящая крепость, причем с отдельными казармами для жещин стражей.

– Женщин? – переспрашивает Хайел, и голос его холоднее, чем море за волноломом.

– Я ожидаю прибытия отряда из Западного Оплота, – столь же холодно поясняет Креслин. – А возможно, и из Сарроннина. Некоторые прибудут с консортами и детьми, но большинство наверняка составят одинокие. Возможно, это заинтересует тебя и твоих людей, если, конечно, они решатся познакомиться с женщинами, скорее всего, владеющими клинком лучше них.

– Ты думаешь, это разумно, госпожа? – спрашивает Хайел, переведя взгляд с Креслина на стоящую за его плечом, словно тень, Мегеру.

Она пожимает плечами:

– Разумно все, что обеспечивает выживание, капитан. А без Мага Буреносца и войск, которые он призовет, ты был бы мертв до исхода года.

– К этому... хм... надо привыкнуть, – со вздохом произносит Хайел.

– Привыкай. И советую: побыстрее, – язвительно замечает Мегера. – Учти, против любой из стражей Оплота твой Зарлен выстоял бы не дольше, чем против Креслина.

– Но чтобы мои люди строили жилые помещения...

– Не беспокойся, новые стражи тоже возьмутся за работу. Строить придется очень много. Например, нам потребуется портовая гостиница.

– Гостиница? – теперь на Креслина смотрит не только Хайел, но и Мегера.

– А почему бы и нет? – ухмыляется юноша. – Раз люди будут к нам приплывать, то почему бы нам, на законном основании, не получать с них деньги за стол и кров? Само собой, там будет и питейное заведение – думаю, твои стражи это оценят.