Мэг привела меня на террасу как раз в тот момент, когда дневное солнце зашло за горы Сан-Хасинто. Моя солнечная колесница теперь направилась к дому, лошади радостно предвкушали конец поездки. Я должен был вскоре присоединиться к ним… слиться воедино с другим собой во Дворце Солнца.

Я посмотрел на Мэг, и она смахнула слезу.

– Наверное, ты не сможешь остаться, – сказала она.

Я взял ее за руку:

– Дорогая Мэг.

Некоторое время мы стояли так в молчании, наблюдая, как в саду работают полубоги.

– Мэг, ты столько сделала для меня. Для всех нас. Я… Я обещал наградить тебя, когда снова стану богом.

Она начала было говорить, но я перебил ее.

– Нет, постой, – сказал я. – Я понимаю, что это унизит нашу дружбу. Я не могу решать человеческие проблемы щелчком пальцев. Я понимаю, что тебе не нужна никакая награда. Но ты всегда будешь моим другом. И если я когда-нибудь тебе понадоблюсь, даже чтобы просто поговорить, я всегда буду рядом.

У нее задрожали губы:

– Спасибо. Это здорово. Но… вообще-то я была бы не против единорога.

Ей снова это удалось. Она продолжала удивлять меня. Я рассмеялся, щелкнул пальцами – и на склоне холма появился единорог. Он заржал и забил землю своими золотисто-жемчужными копытами.

Она обхватила меня руками:

– Спасибо. Ты ведь тоже всегда будешь моим другом?

– Если только ты будешь моим, – ответил я.

Она немного подумала:

– Да. Это я могу.

Я не помню, о чем мы еще говорили. Об уроках фортепиано, которые я обещал ей. О разных видах суккулентов. О том, как ухаживать за единорогом и чем его кормить. Мне просто было хорошо рядом с ней.

Наконец, когда солнце село, Мэг догадалась, что мне пора уходить.

– Ты вернешься? – спросила она.

– Конечно, – пообещал я. – Солнце всегда возвращается.

* * *

Итак, дорогой читатель, мы добрались до конца моих испытаний. Ты прошел со мной пять томов путешествий и шесть месяцев боли и страданий. По моим подсчетам, ты прочитал двести десять моих хайку. Как и Мэг, ты конечно же заслуживаешь награды.

Чего бы ты пожелал? Единороги у меня только что закончились. Однако каждый раз, когда ты прицелишься и приготовишься к выстрелу, каждый раз, когда захочешь излить свои чувства в песне или стихотворении, знай, что я тебе улыбаюсь. Теперь мы друзья.

Позови меня. И я буду рядом.

Глоссарий

Boare – «бу!» по-латински.

Glámon – «старый потаскун» по-древнегречески.

Omphalos – «пуп Земли» по-гречески; так называли Дельфы, источник, нашептывающий будущее тем, кто прислушается.

Scusatemi – «извините» по-итальянски.

Taurus silvestre (мн. ч: tauri silvestres) – лесной бык с непробиваемой шкурой; злейший враг троглодитов.

Testudo – боевой порядок «черепаха», при котором легионеры плотно смыкают щиты.

Vnicornes Imperant – «Единороги рулят» по-латински.

Агриппина Младшая – амбициозная и кровожадная римская императрица, мать Нерона; пыталась помыкать Нероном, за что он приказал ее убить.

Аид – греческий бог смерти и подземных богатств; правитель Подземного мира. Римское имя – Плутон.

Амброзия – пища богов, которая в малых дозах оказывает целительный эффект на полубогов; на вкус напоминает каждому его любимую еду.

Амфисбена – змея с двумя головами (одна из них на хвосте), рожденная из капель крови, вылившихся из отрубленной головы Медузы.